Сумгаит: «Народу нужна вся правда»


«Сумгаит» уже стал историей. Сейчас многие это слово используют как символ злодеяния против человечества. Но все ли сказано о «Сумгаите»? Что известно нам о его жертвах, организаторах, о том, наказаны ли они? Ведь «сумгаиты» продолжаются. Кто и как остановит эту преступную политику?

Неоднократно было заявлено, в интересах максимального обеспечения объективности по согласованию с азербайджанской и армянской сторонами принято решение Верховного суда СССР о передаче дел по тяжким преступлениям, совершенным в Сумгаите, судебным органам Российской федерации. Само это решение означает, что у Верховного суда СССР были основания сомневаться в объективности рассмотрения дел в Верховном суде Азербайджанской ССР. Это же значит, что Верховный суд СССР заведомо примирился с невыполнением важнейшего принципа уголовного судопроизводства (всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дел) по менее тяжким преступлениям. Но несмотря даже на такое решение, многие потерпевшие по делам об убийствах и изнасилованиях вызывались в Верховный суд Аз. ССР. То есть дела по тяжким преступлениям Прокуратура СССР в нарушение решения Верховного суда страны передала судам Аз. ССР. И сделано это вопреки тому, что многие потерпевшие, в основном родные погибших и лица, подвергшиеся насилию, в многочисленных письмах и телеграммах в адрес высших партийных, советских и правоохранительных органов, а также руководителя следственной группы Прокуратуры СССР Галкина, требовали, чтобы судебные дела велись за пределами Азербайджана, ибо только в этом случае могло быть обеспечено их участие в процессах.

Одним из коллективных обращений потерпевших было открытое письмо за 62 подписями от родных и близких тех, кто погиб в Сумгаите, Первому съезду народных депутатов. В послании приводились факты, показывающие, как был организован геноцид армян в Сумгаите, какую роль в этом сыграли руководители Азербайджана, с какими нарушениями уголовно-процессуального законодательства ведутся и следствие, и судебные дела. Учитывая все это, авторы письма выражали надежду на то, что на съезде будет создана Комиссия по сумгаитскому делу. Но такая комиссия не была создана, хотя подобное же предложение внесла и группа депутатов от Армении. По-видимому, кое-кого в центре страшит перспектива разоблачения, поэтому и не был сделан столь естественный шаг. Что ж, попытаемся провести самостоятельное расследование.

О виновности руководителей Азербайджана по сумгаитскому делу говорится в телеграмме, подписанной бывшими руководителями НКАО, Степанакерта и районов области, адресованной тогдашним председателю Верховного суда СССР Теребилову и члену Верховного суда СССР Бризе: «…НА ПЛЕНУМЕ ЦК КП АЗЕРБАЙДЖАНА от 21 МАЯ 1988 г. БЫВШИЙ ПЕРВЫЙ СЕКРЕТАРЬ СУМГАИТСКОГО ГК КП АЗЕРБАЙДЖАНА ОБВИНИЛ В ТРАГИЧЕСКИХ СОБЫТИЯХ В СУМГАИТЕ ТАКЖЕ И РУКОВОДИТЕЛЕЙ РЕСПУБЛИКИ, ОБ ЭТОМ БОЛЕЕ ПОДРОБНО ОН ВЫСКАЗАЛСЯ НА БЮРО ЦК КОМПАРТИИ АЗЕРБАЙДЖАНА НАКАНУНЕ ПРИ РАССМОТРЕНИИ ЕГО ПЕРСОНАЛЬНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ, С ЧЕМ МОЖНО ОЗНАКОМИТЬСЯ В СТЕНОГРАФИЧЕСКИХ ОТЧЕТАХ…»

Первые призывы к резне и погромам армян раздались еще в середине февраля. «В ночь на 14 февраля, когда в Степанакерте прошла первая демонстрация, на заседании бюро обкома партии зав. отделом ЦК КП Азербайджана Асадов заявил, что «сто тысяч азербайджанцев готовы в любое время ворваться в Карабах и устроить бойню» (журнал «Аврора» 10 за 1988 г.).
Вспомним сообщения научных работников из Москвы, направленных от ЦК КПСС в НКАО, которые подтверждают: «… Совещание проводилось в присутствии второго секретаря ЦК КП Азербайджана т. Коновалова и секретарей ЦК КП Азербайджана тт. Оруджева, Мехтиева и зав. отделом административных органов т. Асадова. В пренебрежительной, неделикатной форме тт.Оруджев и Асадов обвинили членов бюро и партийную организацию районов в якобы непартийном поведении, упомянув в частности об угрозе для армянского населения в том случае, если «азербайджанцы из соседних районов придут в ваши села». По-видимому, перечисленные выше неумелые действия тт. Коновалова, Кеворкова, Оруджева и других послужили причиной последующих событий».

Заблаговременно, еще до событий, был организован приезд в Сумгаит «беженцев» – азербайджанцев из Кафанского района Арм. ССР. Именно эти беженцы должны были запустить механизм погромов и с целью разжигания страстей распространяли слухи о якобы имевших место насильственных действиях против азербайджанцев в Армении. Вот что говорит в связи с этим инспектор ЦК КП Армении Р.Гонян в статье «Что было в Кафане и как это стараются преподнести» («Коммунист», 9.01.90): «После 25 февраля в Центр стали поступать телеграммы о якобы имевших место притеснениях азербайджанцев в Кафане…

Каждый подобный сигнал тщательно проверялся компетентными комиссиями. У нас в районе находились ответственные работники ЦК КПСС, представители Комитета госбезопасности и МВД страны. Так вот, ни один из фактов, приведенных в многочисленных обращениях в Москву, не подтвердился… Было точно установлено, что значительная часть обращений в высокие инстанции организуется с территории соседней республики и причастны к этому должностные лица, партийные функционеры. …Остается лишь удивляться, как бывший председатель Совпрофа Азербайджана Л.Расулова, зная истинную ситуацию, на встрече с журналистами в Москве вновь позволила себе использовать «кафанский синдром».

По свидетельству очевидцев, 26 февраля 1988 года, накануне сумгаитских событий (как и в канун нападения на армянский поселок Аскеран (НКАО) толпы из азербайджанского города Агдама), бывший первый секретарь ЦК КП Азербайджана Багиров ездил в Сумгаит и был «на пуске» завода ЭП-300, официальный пуск которого состоялся на самом деле 27 декабря 1987 года. Но, очевидно, надо было привести в действие механизм «Сумгаита».

27 февраля 1988 года Багиров собрал в Сумгаите партийно-хозяйственный актив.

С 26 по 29 февраля в Сумгаите на площади имени Ленина шли митинги, на которых звучали призывы к убийствам и избиению армян. Вот что говорит об этом сам Катусев: «27 февраля на площади имени Ленина собралась многочисленная толпа… Стали раздаваться призывы к нападению на лиц армянской национальности… националистические лозунги оголтелых ораторов возымели действие – группы молодых людей в разных районах города стали бить витрины магазинов, избивать граждан армянской национальности» («Известия», 20.08.89). Из слов Катусева не ясно, кто же участвовал в митингах. Об этом мы узнаем из письма председателя Сумгаитского горсовета Р. Эминбейли от 29.03.88, направленного в следственную группу Прокуратуры СССР: «Сообщаем, что 27.02.88 г. … на площади перед горкомом партии… работниками горкома партии, горисполкома, РОВД, КГБ проводилась разъяснительная беседа…

Ночью с 27 на 28 февраля 1988г. ответственными работниками ЦК КП Азербайджана и работниками горкома партии была распределена территория города между предприя-тиями, организациями, ответственными работниками РОВД и ДНД, а также был приглашен весь партхозактив города в целях усиления охраны общественного порядка.

Ночью с 27 на 28 февраля было разбито большое количество витрин на объектах сферы обслуживания.

28.03.1988 г. (опечатка, должно быть 28.02.1988 – Г.У.) около 12 часов дня люди вновь собрались на площади. Был проведен митинг, который продолжался до 18 часов. На митинге вели разъяснительную работу работники ЦК КП Азербайджана, горкома партии, горисполкома, актива города. После 18 часов в разных местах города, в основном на территории автовокзала, были организованы нападения на отдельные квартиры граждан армянской национальности, совершались убийства и ограбления квартир, продолжавшиеся до 4.00 утра 29.02.88 г…»

Далее из письма Р. Эминбейли явствует, что 29.02.88 происходило то же самое, что и в предыдущие дни,- митинги, разъяснительная беседа, а потом погромы.

Так как после распределения территории города между ответственными работниками ЦК КП Азербайджана и горкома партии, погромы продолжались и в последующие дни с еще большей жестокостью, что подтверждает даже Катусев в вышеприведенной статье, то более логично предположить, что эта «ночная акция» номенклатуры Азербайджана была направлена не на «усиление охраны общественного порядка», а на сокрытие запланированной резни армян. Допущение это небезосновательно: для смывания следов погромов «службами горисполкома в течение всей ночи и утра проводились восстановительные работы» (из того же письма Р.Эминбейли).

О таком оперативном ремонте разгромленных квартир до прибытия следственной группы говорят также многочисленные пострадавшие.

О том, кто смывал следы погромов, мы узнаем из газеты «Коммунист Сумгаита» от 4.03.88 г.: «Создана правительственная комиссия во главе с председателем Совета Министров Аз. ССР Г. Н. Сеидовым. Решаются все вопросы, связанные … с ремонтом жилых и общественных зданий…».

На судебном заседании Верховного суда СССР в Москве в ноябре 1988 г. свидетели Тахмазов (управдом), Мамедов (начальник ЖЭКа № 12) и Дадашев (гл. инженер ЖЭКа № 12) пояснили, что было специальное распоряжение зав. отделом ЦК КП Аз. ССР Ганифаева – убрать следы погромов, вывезти разбитые вещи на городскую свалку, сжечь их и засыпать землей. Кто еще из ответственных работников Аз.ССР, в дни погромов был в г. Сумгаите, во время митингов стоял на трибуне рядом с теми, кто открыто призывал к убийству армян?

Из справки о работе личного состава полка милиции УВО при МВД Аз. ССР по охране Бакводопровода: «27 февраля 1988 г. … примерно в 22-00 час. прибыли в Сумгаит… У трибуны перед горкомом партии о прибытии доложил находящемуся там зам. министра внутренних дел Аз. ССР полковнику внутренней службы тов. Мамедову Р.Х. … После того как удалось разогнать толпу, возвратились в ГОВД. Здесь были секретарь ЦК КП Аз. тов. Гасанов Г. А., зав. отделом административных органов тов. Асадов Н.Н.

10.03.88 г.
Командир полка милиции УВО при МВД Азерб. ССР
полковник милиции Ф. Гусейнов»
(Т.2, лист-дело 64-68, из уголовного дела по обвинению Мехдиева и др.)

Первые преступники были задержаны уже 27 февраля, сразу после погромов. Однако на следующий день, на митинге, их выпустили по требованию митингующих в присутствии руководителей республики и города.

Из заявления подсудимого Рзаева следователю Зенко А.И.: «Направляющий» (организатор – Г. У.) писал и передавал первому секретарю такие записки: … 3) требовать у секретаря объяснить причину задержания 8 человек 27 февраля, указать, где они находятся и срочно их освободить. Секретарь говорил, что позвонит, скажет и через 10 минут эти 8 человек будут освобождены…» (Из уголовного дела по обвинению Мехдиева).

Р. Гонян в уже упоминавшейся статье «Что было в Кафане…» пишет: «Генерал-лейтенант В.Краев, заместитель командующего войск Южного направления, позднее в беседе со мной в Кафане вообще возмущался по поводу слухов о том, что Советская Армия опоздала. Ей просто не давало действовать руководство Аз. ССР. Санкцию на вступление в город, которую долго не давало руководство республики в конечном итоге дало высшее военное командование. Когда войска были уже задействованы, опять поступила ложная информация, что якобы самое важное – предотвратить попытки сумгаитцев прорваться в Баку. И подразделения тратили драгоценное время, блокируя пустую трассу Сумгаит-Баку».
Таким образом, войска в Сумгаит вошли только вечером 28 февраля. А как объяснить тот факт, что войска, уже введенные в город для обеспечения порядка, бездействовали? Вот показания свидетеля Гулиева Сабира на судебном заседании в Москве по уголовному делу по обвинению Ахмедова и других: «Я не рассмотрел, это был Аракелян или нет… Я увидел, что его ударили, он упал… Когда его убивали, проходили БТРы. Люди бежали к солдатам, но они говорили, что им не приказано вмешиваться»…

В Армянском постпредстве в Москве в ноябре 1988 г. состоялась встреча с группой научных работников, направленных по заданию ЦК КПСС в конце февраля 1988 г. в НКАО. Один из членов этой группы академик Р.А. Срапинянц рассказал о встрече с бывшим кандидатом в члены Политбюро, первым зам. Председателя Президиума Верховного Совета СССР Демичевым в Баку. Так вот, о резне в Сумгаите знали находившиеся в то время в Баку Разумовский и Демичев, но никаких мер принято не было. А Демичев сказал, что Багиров просил его, чтобы войска не применяли оружие.

На этой встрече в Постпредстве Армении бып также генерал-майор Р. С. Арутюнов, который о событиях в Сумгаите сказал следующее: «Это было сделано под руководством ЦК КП Азайджанской ССР. 3 марта в 3 часа 30 минут я заехал на машине в Сумгаит из Агдама… Я приехал, чтобы найти моих родных: сестру, братьев… Никого дома не оказалось, все ограблено, все горит. Я поехал в горком (куда было эвакуировано – армянское население города – Г. У.), взошел в здание, на 1 этаж, и, как ни странно, там оказались все мои земляки… пока я с ними разговаривал, кто-что, слышу разговор за спиной на азербайджанском языке. Я азербайджанский язык, слава Богу, знаю в совершенстве. Дословно вот так: «Этот генерал из Москвы, он все видел, все знает, его отсюда живым выпускать нельзя». Попытались меня отделить от моих родственников. Подполковник один… я его отругал и сказал: «Если еще раз подойдете, я вас вышвырну отсюда». Буквально через две-три минуты подходит ко мне 1 секретарь горкома Сумгаита Муслим-Заде… Через 10 минут мне передают, что меня вызывают на третий этаж. Я поднялся… там сидит Багиров, там сидит Сеидов, и там же сидит зам. зав. отдела ЦК КПСС товарищ Харченко: «Кто вы такой, как вы сюда попали, кто вам разрешил… Это все произошло по вине Игоря Мурадяна и Ваче Саруханяна». И это оценка работника ЦК КПСС! «Если бы они там не будоражили народ, то Сумгаита бы не было»… Я приехал в штаб гражданской обороны г. Баку, чтобы они мне сделали билет… В этот момент звонок. Звонит Коновалов, 2 секретарь ЦК КП Азербайджана, говорит, что он бы хотел со мной встретиться… Пришел я со свидетелями-азербайджанцами в здание ЦК КП Азербайджана, провели меня в его приемную на третьем этаже. У него идет совещание идеологических работников КГБ, МВД. Через минут десять совещание заканчивается, выходят оттуда все. Один подходит ко мне, говорит:

– Это вы генерал Арутюнов?
– Я.
– Вам «Сумгаита» мало, мы вам еще не то покажем!

Я попытался схватить его за шиворот и втащить в кабинет к Коновалову, но не удалось, он убежал. Это в здании ЦК! В приемной у второго секретаря товарища Коновалова… Зашел к Коновалову… Начался у нас разговор. Я сказал: «Знаете что, я прошу вас иметь в виду, что перед вами сидит не ефрейтор, а генерал Советской Армии, который прослужил в Вооруженных Силах 30 с лишним лет – все в России. Если вы меня вызвали, скажите по какой причине и что вы хотите от меня знать» Началось так: «Что вы хотите, что вы там лезете, что у вас в Армении есть, кроме коньяка и камня? А если мы вам перекроем подачу нефти, газа, что вы будете делать?» … Я сделал вывод: все, что произошло в Сумгаите, было заранее подготовлено, заранее спланировано под руководством хорошо подготовленных людей и МВД и КГБ. Эта акция была осуществлена руководством ЦК КПСС Азербайджана. Других выводов сделать было невозможно».

Действительно, трудно сделать другое заключение, тем более, что угрозы «вам Сумгаита мало, мы вам еще не то покажем», «А если мы вам перекроем подачу нефти, газа, что вы будете делать?», прозвучавшие в ЦК КП Азербайджана, вскоре были осуществлены: ноябрьско-декабрьские погромы армян по всему Азербайджану в 1988 г.. резня армян в Баку с 13 по 19 января 1990 г. перманентная блокада НКАО и Армении, прекращение подачи газа…

Организаторами Сумгаита была применена такая система действий, которая обеспечила: во-первых, соответствующий психологический настрой преступников. В этом, помимо распространенных «беженцами» слухов о якобы имевших место насильственных действиях против азербайджанцев в Армении, важную роль сыграло также провокационное сообщение тогдашнего зам. Генерального прокурора СССР Катусева о двух азербайджанцах, якобы убитых в стычке между азербайджанцами и армянами. Известно, что один из них был убит до стычки, и убит милиционером-азербайджанцем; во-вторых, условия беспрепятственного осуществления погрома армян; в-третьих, условия для изготовления и приобретения орудий и средств убийства; в-четвертых, блокаду города, которая лишила армян возможности выехать из города, а стремившихся на помощь – въехать в город; в-пятых, сокрытие либо отдельных преступлений, либо участвовавших в них преступников.

Немалая доля укрывательства падает именно на следственную группу, главной задачей которой, казалось бы, было – выявить преступления и преступников.

Из материалов судебных дел стало известно, что эту следственную группу создал сам Катусев, о провокационном заявлении которого более подробно рассказал бывший первый секретарь обкома партии НКАО Г. Погосян на 1 сессии Верховного Совета СССР. В частности, он сказал: «Заявление Катусева сделало свое черное дело. Оно послужило мощным катализатором развернувшихся через день сумгаитских событий». И вот Катусев 1 марта 1988 г., рассмотрев материалы уголовного дела о массовых беспорядках в г. Сумгаите 27-29 февраля 1988 г., постановил для расследования этого дела создать следственную группу во главе с Галкиным, в состав группы включил 181 человек (среди них 20 азербайджанцев).
А теперь посмотрим, как вели следствие Эти «опытные», «наиболее квалифицированные следователи Прокуратуры, КГБ и МВД СССР».

Хотя следственной группе уже 1 марта было известно, что массовые погромы в Сумгаите продолжались как минимум с 27 по 29 февраля, в первом же сообщении Прокуратуры СССР, переданном ТАСС, была информация о том, что беспорядки были 28 февраля. Единое преступление, совершенное против армянского населения г. Сумгаита и квалифицируемое по международным нормам как геноцид, следственной группой было раздроблено на ряд самостоятельных производств, тем самым появилась возможность скрыть истинные масштабы и суть преступлений. Свое «мастерство и изобретательность» Галкин продолжал проявлять и дальше. Грубо нарушив требования ст. 147 УПК Аз.ССР (о необходимости объединения в одно производство уголовных дел по обвинению нескольких лиц в соучастии в совершении одного или нескольких преступлений или же дела по обвинению одного лица в совершении нескольких преступлений), следственная группа раздробила на ряд «самостоятельных» производств дела одних и тех же групп преступников, а также дела групп преступников на «самостоятельные» дела отдельных преступников.

Вот пример. В сентябре 1988 г. было составлено обвинительное заключение по уголовному делу 18160232-88 по обвинению Ахмедова, Исмаилова и Джафарова, в нем читаем: «руководимая Ахмедовым группа хулиганствующих лиц, в которую наряду с неустановленными лицами (подчеркнуто нами – Г.У.) вошли Джафаров Я.Г., Исмаилов И.А., вооруженная топорами, ножами, металлическими трубами, арматурными прутьями и др. предметами, врывалась в квартиры, в которых проживают граждане-армянской национальности…

В результате действий организованной Ахмедовым А.И. группы в квартале 41а были разгромлены…»

Далее в обвинительном заключении перечисляются 17 квартир, принадлежавших армянам, которые были разгромлены и ограблены. Всего этой преступной группой было убито 7 человек (пятеро членов семьи Мелкумянов, а также М. Амбарцумян и А.Аракелян), было совершено покушение на убийство А.Бабаяна и жены А.Аракеляна – Аси Аракелян, нанесен материальный ущерб на сумму 220 тысяч рублей. В обвинительном заключении по этому делу (да и в других уголовных делах), выражение «группа не установленных следствием хулиганствующих лиц» фигурирует неоднократно, хотя следствию наверняка были известны и задержаны многие преступники из группы, организованной Ахмедовым. Во время судебного следствия на заседании Верховного суда СССР в октябре-ноябре 1988 г. было установлено, что ряд лиц, вызванных по рассматриваемому делу в качестве свидетелей, привлекались по другим делам за массовые беспорядки и другие преступления, совершенные именно в квартале 41а.

Учитывая это обстоятельство, представители потерпевших П.Шапошникова и Р.Рштуни ходатайствовали о направлении дела на дополнительное расследование. В ходатайстве говорилось, что для полноты, объективности и всесторонности исследования и разрешения дела необходимо объединить дело Ахмедова, Исмаилова и Джафарова с уголовными делами всех лиц, совершивших массовые беспорядки в квартале 41а.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда СССР под председательством члена Верховного суда Бризе определила направить дело по обвинению Исмаилова и Джафарова в Прокуратуру СССР для дополнительного расследования и выполнения требований ст. 147 УПК Аз.ССР.

Однако, видимо, почувствовав за спиной могучую силу (может быть, силу организаторов сумгаитского преступления), Галкин, нарушая обязательное для органов следствия указание Верховного суда СССР, не объединил эти дела и вновь направил их на раздельное рассмотрение в суды Азербайджана.

Нам известно о четырех уже завершившихся из этих дел, у нас имеются приговоры.

Вот эти дела:

1. Дело № 6, по обвинению С.Азимова и З.Велиева. Приговор вынесен 13 января 1989 г. Верховным судом Аз.ССР. Они в составе группы, организованной Ахмедовым, участвовали в ряде преступлений, совершившихся в квартале 41а, в том числе в погроме и ограблении квартиры 27 дома 56, принадлежащей А.Гукасяну.
Азимову назначено наказание 3 года лишения свободы, а Велиеву – 2 года лишения свободы с отсрочкой на два года. Он был освобожден из-под стражи в зале суда.

2. Дело № 48, по обвинению И.Гусейнова, участвовавшего во многих преступлениях, совершенных 28 и 29 февраля, в том числе и погроме и ограблении квартиры А.Гукасяна. Приговор вынесен 28 марта 1989 г. Верховным судом Аз.ССР. Ему назначено наказание 4 года лишения свободы.

3. Дело № 73 по обвинению А.Сафарова, который участвовал во многих преступлениях, в том числе и погроме и ограблении квартиры А.Гукасяна. Приговор вынесен 24 мая 1989 г. Верховным судом Аз.ССР в г.Баку. Ему назначено наказание 2 года лишения свободы, однако, решено было приговор привести в исполнение через 2 года и Сафарова освободили из-под стражи в зале суда.

4. Дело 211-89 по обвинению И.Алиева, который участвовал во многих преступлениях, в том числе и в погроме и ограблении квартиры А.Гукасяна. Приговор вынесен 25 января 1989 г. народным судом г.Сумгаита. Ему назначено наказание 3 года лишения свободы.

Из дела 211-89 мы также узнали, что при очной ставке Алиев И.И. и Байрамов Я.К. опознали друг друга, подтвердили факт их нахождения в квартире 27 дома 56 квартала 41а, принадлежавшей А.Гукасяну. Байрамов Я.К. судебной коллегией Верховного суда Аз.ССР приговором от 17 августа 1988 г. осужден к 3 годам лишения свободы.

Такое раздробление каждого преступления (в котором участвовали десятки и сотни людей) на отдельные уголовные дела по обвинению одного или двух преступников привело также и к тому, что во всех сумгаитских делах оказалось слишком много «неустановленных следствием лиц».

Таким образом, хотя в борьбе с преступностью важно, «чтобы ни один случай преступления не проходил не раскрытым» и «важнейшая задача работников следственного аппарата – полное и быстрое раскрытие каждого преступления и своевременное привлечение к законной ответственности виновных в этом лиц», следственная группа под руководством Галкина по-настоящему не раскрыла ни одного дела.

Ст. 19 УПК Аз.ССР гласит: «Суд, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, обязаны принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела…»

Следственной группой был нарушен также этот важнейший принцип уголовного судопроизводства. Мы это видели в вышеприведенном деле по обвинению Ахмедова и др.

Вот другой пример нарушения этого принципа. «… Вменяя в вину Мехдиеву А.Г. организацию погрома лишь квартиры Бабаевых, органы предварительного расследования в нарушение требований ст. 19 УПК Аз.ССР… по делу не проверили причастность Мехдиева к организации погромов квартир Макян, Хачатурян, которые совершены, как видно из материалов дела, той же группой лиц, что совершила погром квартиры Бабаевых…Органы предварительного расследования, зная об имевшихся в действительности фактах погрома квартир в этих кварталах, в нарушение требования ст. 19 УПК Аз.ССР, не проверив причастность Турабиева к указанным погромам, не допросив потерпевших и не предъявив им Турабиева для опознания, не допросив участников этих погромов о возможной причастности Турабиева к погромам, преждевременно вынесли постановление о прекращении дела в отношении Турабиева в этой части за отсутствием состава преступления…» (Из частного определения от 20 декабря 1988г. Воронежского суда по делу 18160232-88 по обвинению Мехдиева и др.).

Нарушением того же принципа является то, что следствием не отмечается связь между действиями преступников-погромщиков, убийц-насильников и антиармянскими призывами во время митингов на площади Ленина, хотя у следственной группы для такого заключения было достаточно фактов: вышеприведенное письмо Эминбейли в следственную группу, интервью Катусева корреспонденту ТАСС в статье «Сумгаит: прокуратура продолжает следствие» («Известия» от 20.08.88), а также другие показания свидетелей из уголовных дел. О некачественном ведении расследования говорит также и то, что на выездном заседании Куйбышевского областного суда РСФСР под председательством члена Куйбышевского областного суда Р.Ахмедшина суд вынес решение возвратить дело на дополнительное расследование для выяснения ряда обстоятельств (см. «Коммунист Сумгаита» от 07.09.88).

Необходимо отметить неоднократное и грубое нарушение ст. 220 УПК Аз.ССР об ознакомлении с материалами дела потерпевшего, гражданского истца и гражданского ответчика. В этой статье говорится: «Признав предварительное следствие законченным, а собранные доказательства достаточными для составления обвинительного заключения, следователь обязан уведомить об этом потерпевшего и его представителя… (подчеркнуто нами – У.Г.).

Однако потерпевшие неоднократно вызывались на ознакомление с материалами дел, предварительное следствие в отношении которых еще не было завершено. Вот пример. «Авакян Фене Петросовне от 17.08.88 г. Сообщаю Вам, что следственной группой Прокуратуры СССР завершается расследование уголовного дела по обвинению Бахышева П.Ф., обвиняемого в совершении преступления в отношении Арамяна А. А… Следователь следственной группы Прокуратуры Союза ССР Кубленко В.И. (подчеркнуто нами – У.Г.). Обратите внимание: «завершается», а не завершилось. Это не грамматическая ошибка и не ошибка по невнимательности, а профессиональная. Следствие действительно не было завершено. Далее, письмом № 18167105-89 от 5.02.89 г. гр-ка Авакян Ф.П. повторно приглашалась на ознакомление с еще не завершившимся делом: «…В соответствии (по сути, опять не в соответствии – У.Г.) со ст. 220 УПК Аз.ССР уведомляю Вас о том, что предварительное следствие по уголовному делу 67105-89 по обвинению Бахышева П.Ф. в непосредственном участии в массовых беспорядках заканчивается 8 февраля 1989 г.

Следователь следственной группы Прокуратуры Союза ССР юрист 1-го класса Грач Я.М. Подпись» (подчеркнуто нами – У.Г.). Приблизительно через месяц сам следователь Грач Я.М. приехал в г.Ереван и пригласил гр-ку Авакян Ф.П. в прокуратуру Арм.ССР, чтобы показать видеозапись с портретами преступников для опознания. То есть дело еще не было завершено. И так гр-ку Авакян Ф.П. вызывали в Сумгаит по нескольку раз по каждому делу: по убийствам мужа и сына, и по ограблению квартиры.

Кроме того, потерпевшие получали приглашение телеграммами или уведомлениями в такие сроки, что невозможно было явиться в назначенный день.

Так, потерпевшая Межлумян 11 марта 1989г. получила уведомление о том, что с делом она может ознакомиться до 7 марта 1989 г. А Л.Арушанян получила письмо из МВД Аз.ССР от 8.04.88 г., где говорится: «По факту убийства Арушаняна Владимира преступники установлены и задержаны, и в настоящее время предварительное следствие находится на стадии завершения», а более чем через год, 19 июля 1989 г., она получила другое письмо из Прокуратуры СССР за подписью, начальника следственной части А.В.Сбоева, такого содержания: «… установить лиц, виновных в убийстве Вашего отца – Арушаняна В.О. и возможном убийстве без вести пропавшей Вашей матери – Арушанян Р.А. к настоящему времени не представилось возможным. Следствие продолжается».

Интересно, как и куда исчезли задержанные преступники?

Фактов грубого нарушения уголовно-процессуального кодекса можно привести множество. В нашем архиве для этого достаточно материалов. Можно сказать, что следствие по «сумгаитским делам» проведено некомпетентными следователями. Но так как по официальным данным следствие поручено «опытным», наиболее квалифицированным следователям прокуратуры, КГБ и МВД СССР, то остается подтвердить, что работа была проведена по принципу «чего изволите»?

И тут возникает закономерный вопрос: «Кто же при этом заказывал музыку?» Ведь за грубейшие нарушения уголовного и уголовно-процессуального законодательства, допущенные следственной группой, руководитель группы Галкин не то что не наказан, но его наградили, повысив в должности, назначив заместителем начальника следственной части Прокуратуры СССР (!).

Наверное, мы не ошибемся, если будем утверждать, что Галкин вышеприведенные нарушения допустил с благословения бывшего Генерального прокурора СССР Сухарева.

Напомним читателям ответ Генерального прокурора СССР Сухарева на вопрос народного депутата СССР Г.Енокян на первой сессии Верховного Совета СССР 7 июня 1989 г.: «Хочу сказать, что все дела по Сумгаиту завершены. Три недели тому назад было направлено в суд последнее дело, на 94 человека в общей сложности. Так что дело теперь за судом…» («Известия» от 09.06.89).

Однако 31.08.89 г. за № 18160206-88 потерпевшими получено письмо за подписью зам.генерального прокурора СССР В. И. Кравцева: «Ряд убийств и других преступлений раскрыть не удалось. Следствие по этим делам продолжается». Да, дела по убийству Аршака Бабаяна, Гарри Мартиросова и других действительно не завершены, а родственники, признанные потерпевшими по этим делам, ни разу не были приглашены для ознакомления с делом.

Так что Сухарев явно обманул народных депутатов, а заодно и весь советский народ.

Но вернемся к судебным делам.

Воронежский областной суд мог бы направить дело на дополнительное расследование после обнаружения грубого нарушения ст. 147 УПК Аз.ССР, о котором мы уже говорили. Однако этого не было сделано. Частным определением от 20 декабря 1988 г. Воронежский областной суд довел до сведения министра внутренних дел Аз.ССР о самоотверженных действиях и высоком профессиональном исполнении служебного долга работниками милиции Гусейновым Ф., Салимовым А., Акимовым Ш. при пресечении 28 февраля 1988 г. массовых беспорядков в г.Сумгаите.

И это несмотря на то, что по делу известно, что они и еще около десяти милиционеров хладнокровно наблюдали, как группа под руководством Мехдиева А. громила армянские квартиры, убивала братьев Аванесянов, совершала групповое изнасилование, наносила тяжкие телесные повреждения.

А теперь о Верховном Суде СССР, рассмотревшем дело по обвинению Ахмедова и других. Судебный процесс начался, когда представители интересов потерпевших еще не ознакомились с делом (потерпевшие А.Аракелян и Г. Мелкумян не имели представителей, а Бризе не напомнил об их праве иметь представителей). По утверждению адвоката Р. Рштуни и сам прокурор Козловский был мало знаком с делом. Хотя по материалам следствия известно, что руководитель преступной группы Ахмедов призывал преступников бить, убивать и сжигать армян, что и было сделано (убиты 7 человек, несколько человек получили тяжкие телесные повреждения, разгромлены и ограблены 17 квартир армян), судебная коллегия тем не менее нашла, что нет необходимости действия Ахмедова квалифицировать по ст.67 УК Аз.ССР (нарушение национального и расового равноправия).

Решая вопрос о квалификации действий Ахмедова, судебная коллегия исходила из следующих соображений: «Все эти преступления были совершены на национальной почве, и внешне это выглядело как месть за якобы имевшие место факты расправы над лицами азербайджанской национальности в Нагорном Карабахе. Однако, как известно, убийство из мести совершается на почве личных отношений с потерпевшим. В данном же случае жертвами убийц стали ранее не знакомые им люди. Пленум Верховного Суда СССР в своем постановлении от 27 июня 1975 г. № 4 «О судебной практике по делам об умышленном убийстве» разъяснил судам, что по статьям УК, предусматривающим уголовную ответственность за умышленное убийство из хулиганских побуждений, следует квалифицировать убийство, совершенное на почве явного неуважения к обществу, пренебрежения правилами общежития и нормами социалистической морали, без повода, либо из желания использовать незначительный повод как предлог для убийства» (из приговора от 18.11.88 г.).

По нашему мнению, в этих умозаключениях единственно верным является то, что преступления были совершены на национальной почве. Ведь на митингах на площади Ленина, как мы уже знаем, в присутствии ответственных работников ЦК КП Азербайджана звучали призывы убивать армян, а Ахмедов, как видно из его показаний, приведенных выше, был свидетелем и участником этих митингов и наверняка слышал призывы известных в городе людей, в том числе и директора школы № 25 Алоева Хыдыра В этой школе кстати когда-то и учился Ахмедов. А для выполнения указаний, полученных на митинге, нет необходимости знать человека: главное – знать, что он армянин.

Таким образом, Ахмедов убивал не обобщенных членов общества, не из пренебрежения правилами общежития и нормами социалистической морали и не без повода. Повод был: жертвами стали люди армянской национальности. Так что квалификация действий Ахмедова – совершенных будто бы «из хулиганских побуждений», никак не соответствует требованиям вышеприведенного постановления Пленума Верховного Суда СССР.
И, наконец, о решении Судебной коллегии выделить из рассматриваемого уголовного дела в самостоятельное производство дело по обвинению Исмаилова И. и Джафарова Я.

Такую возможность Судебная коллегия объясняет тем, что «уголовное дело в отношении Ахмедова Ахмеда Имани оглы расследовано с достаточной полнотой и поэтому вопрос о его виновности или невиновности в совершении вмененных ему преступлений представляется возможным решить без возвращения дела на дополнительное расследование. Отдельное рассмотрение дела в отношении Ахмедова А.И. о. полностью соответствует также требованиям ст. 147 УПК Аз.ССР (из определения Судебного Заседания от 14 ноября 1988 г., г.Москва).

Так как Судебной коллегией установлено, что Ахмедов является организатором и непосредственным участником массовых беспорядков в квартале 41а, где кроме рассмотренных и исследованных на Судебном заседании преступлений было разгромлено 17 квартир, то для обеспечения всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дел по разгрому и ограблению этих квартир необходимо было как раз объединить дело по обвинению Ахмедова и эти дела.

Как нам уже известно, часть дел по погрому и ограблению квартир в квартале 41а уже завершена, но, как ни странно, Ахмедов по этим делам не проходит ни как свидетель, ни как соучастник, ни как организатор.

Кроме того, во время судебного следствия было установлено, что ряд лиц, вызванных по рассматриваемому делу в качестве свидетелей, привлекаются по другим делам за преступления, совершенные в квартале 41а. Не исключено, что аналогичным образом Ахмедов мог оказаться преступником также и по другим делам или же может дать ценные сведения как свидетель: 28 февраля был очевидцем погромов, происходивших в 34 квартале. Так что уголовное дело в отношении Ахмедова расследовано недостаточно полно и невозвращение его на дополнительное расследование не оправдано и никак не соответствует требованиям ст. 19 и 147 УПК Аз.ССР.
Вышеприведенные многочисленные грубые нарушения УПК Аз.ССР, допущенные следственной группой и судами, не могпи произойти без ведома Ген.прокурора СССР и председателя Верховного Суда СССР.

Остается задать вопрос: «С чьего попустительства все это происходило»? Можно предположить: судебно-следственные инстанции или заинтересовали снизу, или они выполняли указания сверху.

В первом случае – это взятки. Что ж за последние два года азербайджанской стороной награблено немало. Есть также сведения, что некоторые из потерпевших в Сумгаите опознали на фотографиях свои золотые украшения и думали, что находятся драгоценности в сейфе у Галкина, но до сих пор им они не возвращены.
А кто наверху заинтересован в сокрытии «Сумгаита»?

М. Горбачев еще 28 января 1987 г. на пленуме ЦК КПСС говорил: «Коммунистическая партия твердо стоит за то, чтобы народ знал все. Гласность, критика и самокритика, контроль масс – это гарантии здорового развития советского общества. Раз они нужны народу – значит они необходимы всем. Это тем более важно, что КПСС – правящая партия. И она заинтересована в гласности, в критике и самокритике, ибо это реальные и надежные формы нормального функционирования КПСС. Это именно те средства, которые способны уберечь партию от ошибок в политике. Цена этих ошибок всем нам известна».

Так кто или что заставило КПСС уйти от этой реальной и надежной формы нормального функционирования? Почему на совещании в ЦК КПСС 9 марта 1988 г. решили скрыть от народа резню армян в Сумгаите с 27 по 29 февраля,, а сообщить только, что в г.Сумгаите имели место преступления 28 февраля 1988 г. Не забудем, на этом совещании присутствовали кроме Багирова и Сеидова (причастных к сумгаитскому преступлению) также Демичев и Разумовский, которые, как мы отмечали, в дни погромов были непосредственно в Баку и Сумгаите и о преступлениях знали сполна. В беседе с бывшим зам.зав. отдела ЦК КПСС Харченко мы выяснили, что 27 февраля с утра он тоже был в Сумгаите, видел все собственными глазами и об увиденном сообщил в Москву.

На совещании же было решено, что «Горячую поддержку населения республик получило обращение Генерального секретаря ЦК КПСС М.С.Горбачева к трудящимся, к народам Азербайджана и Армении».

Действительно, газета «Коммунист Сумгаита», напечатав 28 февраля 1988 года на первой странице «Обращение…», там же, под заголовком «ДРУЖБА-ИСТОЧНИК НАШЕЙ СИЛЫ», писала: «Горячий отклик у сумгаитцев, как и всех трудящихся нашей республики, вызвало Обращение…» А на второй странице этого же номера под рубрикой «Мы дружбой ленинской сильны» опубликовала материал «Утверждая интернационализм», где, в частности, говорится: «Ярким примером торжества ленинской национальной политики, дружбы и братства советских людей, подлинного интернационализма является наш Сумгаит». Это на второй день погромов!

Как тут не вспомнить слова американского бизнесмена Джорджа Сороса: «Не так уж оторваны от реальности предположения, что первые армянские погромы в Азербайджане были инспирированы местной мафией, управляемой бывшим руководителем КГБ Азербайджана Г.А.Алиевым, чтобы создать безвыигрышную ситуацию для Горбачева» (Журнал «Знамя», № 6, статья «Концепция» Горабачева»).
Но только ли местной мафией управляет Алиев?

Бывший прокурор Азербайджана Гамбай Мамедов в ответах на вопросы «МН» вспоминая, «как Алиев Брежнева принимал, как генсек новый перстень рассматривал…», пишет: «…я и сейчас думаю: как же так могло быть, что такие люди, как Алиев, доходили до самых высших постов в партии, до Политбюро? И почему на мои письма – а я точно знаю, они на самый верх попадали, уже в наше время, после застоя, не реагировали? Не знаю, как после этого верить в справедливость… не понимаю…» (Московские новости», 26.11.89).

Не эти ли силы мешают Горбачеву быть объективным? Так или иначе он, провозгласивший гласность, заявивший: «Народу нужна вся правда», проблему НКАО предлагает рассматривать по преимуществу на закрытых заседаниях, т.е. правду от народа скрывает.
Покойный член-корреспондент Академии Наук СССР Г.Ким (он работал в отделе общих проблем Института востоковедения, проводившего по поручению ЦК КПСС ситуационный анализ положения в Нагорном Карабахе) подписал такие вот выводы:
« – комиссия (по НКАО – Г.У.) как можно дольше должна затягивать рассмотрение вопроса;

– присоединение Карабаха к Армении нежелательно;

– с помощью уступок в культурной, социальной, бытовой сферах, может быть, пожертвовав частью руководства, и уж конечно, свалив вину на каких-то менее значительных лиц, надо попытаться успокоить, население, но тем не менее Нагорный Карабах не должен быть присоединен к Армении. Сейчас надо изображать полнейшую гласность в отличие от того, что было, и раздувать мельчайшие столкновения, называя виновниками армян. Необходимо активно проникать в армянскую среду, в том числе с помощью дружественно относящихся к ним и живущих на территории Армении курдов, одновременно пытаясь расколоть их дружественные отношения».

В первые два года карабахского движения центральные власти неукоснительно следовали именно этой антиармянской программе.

В своем докладе на пленуме ЦК КПСС 5 февраля 1990 года М.Горбачев заявил: «Изначальная позиция центра состояла в том, что конфликт вокруг Нагорного Карабаха должен быть урегулирован так, чтобы не было победителей и побежденных. Иначе неизбежны новые вспышки вражды и насилия, жертвы и Потери». Эта же позиция центра была выражена и 18 июля 1988 г. на сессии Верховного Совета СССР. Что произошло в дальнейшем, всем хорошо известно. Резня армян в Баку. Дальнейшая эскалация напряженности.

Из открытого письма депутата Верховного Совета СССР З.Балаяна Генеральному секретарю ЦК КПСС, тогда еще Председателю Верховного Совета Союза ССР М.С.Горбачеву: «Если ошибки лидера находятся вне критики, если их не достает луч гласности, то становятся они неисправимыми, а последствия – непредсказуемыми. Так было с Сумгаитом. Страшная тема эта стала для Вас, и не только для Вас, назойливой притчей во языцех. Я хорошо понимаю, почему любая попытка раскрыть эту тему раздражает Вас. Вы осознаете, что речь идет не только о трагедии целого народа, но и о позоре нашего государства. Речь идет о том, что Вы, а это значит само государство, не отреагировали на трагедию армянского народа; не выразили соболезнование жертве, не дали политической оценки сумгаитскому геноциду, не выявили и не наказали истинных организаторов организованного преступления…»

Но разве не была дана оценка «Сумгаиту» 18 июля 1988 г. на заседании Президиума Верховного Совета СССР? Вспомним слова Горбачева: «Геноцид – это определенная политика, расовая, организованная, а не стихийная. В Сумгаите же бесчинствовали отбросы общества. Установлено, кто они такие. А геноцид – это политика уничтожения, сознательно проводимая по отношению к какому-то народу или к меньшинству. Почему же выходку бандитов вы хотите приписать всему Азербайджану? О каком геноциде можно говорить?»

Вот вам и оценка, данная на самом высоком уровне. Отметим также, ответственность за геноцид не предусмотрена в советском законодательстве. Как быть?

«… В условиях реально функционирующего федеративного государства задача обновления законодательства о правах граждан становится многоплановой. Речь идет не только о союзных законах. Республики также обязаны соблюдать все международно-правовые пакты, подписанные от имени Советского Союза, и значит – от имени всех входящих в него республик». Это из речи М.С.Горбачева на пленуме ЦК КПСС в сентябре 1989 года.

Но если республики обязаны соблюдать международно-правовые нормы, значит при нарушении того или иного международного закона они должны нести и соответствующую ответственность?

Международная «Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказания за него» ратифицирована Президиумом Верховного Совета СССР 18 марта 1954 года. Вот согласно этой конвенции и надо судить за «Сумгаит» и другие «сумгаиты», будь это преступления в Кировабаде или Баку. Я как официально доверенное лицо родственников тех, кто погиб в Сумгаите, выражаю их волю и волю многих других сумгаитских армян: преступники «Сумгаита» должны ответить перед международным судом ООН.

ГРАЙР УЛУБАБЯН
член инициативной группы защиты прав сумгаитских армян
Литературная Армения, N 4, 1991г. ISSN 0130-3597





stop

Сайт создан при содействии Общественой организации "Инициатива по предотворащению ксенофобии"

Armenia

Подготовлено при содействии Центра общественных связей и информации аппарата президента РА Армения, Ереван


karabakhrecords

Copyright © KarabakhRecords 2010

fbfbfb

Администрация готова рассмотреть любое предложение, связанное с размещением на сайте эксклюзивных материалов по данным событиям.

E-mail: info@karabakhrecords.info