Водораздел. О сумгаитском погроме


На днях публицист и переводчик Армен Оганесян опубликовал в армянской городской газете «Ерекоян Ереван» статью «…Чтобы кончился этот кошмар». По многочисленным просьбам читателей нашей газеты сегодня мы публикуем несколько измененный и сокращенный самим автором вариант этой статьи, под новым заголовком. Автор статьи присутствовал в Москве на заседаниях суда, где слушается дело о сумгаитском погроме.

ПЕРВОНАЧАЛЬНО отрывочные сведения о трех последних февральских днях, последовавшие затем напоминающие бред безумного свидетельства беженцев-очевидцев, разрастаясь подробностями, зловещими, наводящими ужас, поначалу ввели всех в прострацию. Кажущиеся неправдоподобными и непостижимыми размеры и методы кошмара, амплитуда количества палачей и жертв, накладываясь на официальные сообщения с их искажениями и умалчиваниями и полное отсутствие информации, разверзли ту бездну, которую условно можно назвать сумгаитским водоразделом.

До сумгаита и после сумгаита…

Если до сумгаита были крепко зажмурены многие и многие глаза, безучастны многие и многие умы и спокойны сердца, то после сумгаита прозвучало тревожное: неужели ничего не изменилось? Не изменилось ничего с 1895-го, 1915-го, 1920 годов? Уже в начале марта азербайджанский писатель улыбался и разглагольствовал о дружбе народов по Центральному телевидению, а спустя несколько дней, во главе официальной делегации отбыл в Анкару…

Было заявлено, что никто не избежит наказания. И вот на скамье подсудимых оказались девяносто молодых людей и недорослей, арестованные, большей частью, в последний день. Согласно официальным, опубликованным в печати сведениям, убито двадцать шесть армян, более четырехсот получили телесные повреждения различной тяжести, сожжено более двухсот квартир, разграблены сотни домов, разрушены более пятидесяти объектов культурно-бытового назначения, повреждены или уничтожены более сорока автомототранспортных средств, часть которых сожжена. Государству нанесен ущерб более чем на семь миллионов рублей…

Возникает вполне законное недоумение: как могло случиться, что девяносто желторотых юнцов в течение трех дней разносили целые кварталы, насиловали, жгли, убивали, грабили и мародерствовали, копируя, подобно прилежным ученикам, давние и знакомые методы? Ведь на каждого арестованного в городе приходилось несколько штатных милиционеров, прибавим сюда введенные на второй день в город воинские подразделения и боевую технику. Официально было зафиксировано, что к уголовной ответственности будут привлекаться сотрудники сумгаитской милиции. И если это будет действительно так, то, думаем, судить их надо не за профессиональную беспомощность, мягче — за безволие, еще мягче — за халатность, а по обвинению в содействии погромам, резне, грабежам. Свидетельств более чем достаточно: местная милиция буквально покровительствовала диким толпам.

Невольно снял с полки монографию «Геноцид армян в Османской империи». Посол России А. И. Нелидов свидетельствует:

«Из разных турецких кварталов высыпали вооруженные ножами и прутьями толпы башибузуков, которые стали нападать на всех тех, кого принимали за армян, и началось самое варварское избиение беззащитных и ни в чем не повинных христиан. Полиция не только оставалась спокойной зрительницей происходящих ужасов, но даже во многих случаях принимала участие в убийствах и грабежах. Войска, весьма поздно появившиеся на месте беспорядков, также ничего не предпринимали для их прекращения».

Газеты сообщили, что сумгаитские убийцы были вооружены ножами, топорами, огнестрельным оружием, заранее изготовленными одинаково заостренными металлическими прутьями, бутылками с зажигательной смесью. Десятки лет назад, в Константинополе, согласно официальному документу, «…по предварительно разработанной системе банды головорезов были вооружены ножами, огнестрельным оружием, керосином, специальными дубинками со свинцовыми наконечниками одного и того же образца».

Были групповыми все изнасилования в «городе дружбы народов». Варвары часто доводили своих жертв до смерти. Насиловали девушек и пожилых женщин; сорвав одежды с измученных и растерзанных, водили; их по дворам и улицам, глумились перед входом в чайханы. В одном из документов той же монографии говорится: «…вожак Хаджи Бего проявил чудовищную жестокость, он заставил разрезать на четыре части одну женщину и повесить куски ее тела на столбах для всеобщего обозрения; по приказу этого палача другая женщина была раздета догола и проведена обнаженной по деревне…»

Чудовищная связь времен. Невидимый мост преемственности, который красноречивее всех доказательств свидетельствует, что сумгаит не свалился с неба. Связь эта станет тем более явственной, если те, кто в наши дни упорно игнорирует факт геноцида, хотя бы раз перелистают эту монографию. Перелистают и убедятся, что сумгаитский кошмар стал возможен по той единственной причине, что цивилизованный мир до сих пор не осудил одно из величайших преступлений против человечества. Не осудил, а значит, не оградил себя от тьмы и геены.

В МОСКВЕ, в здании Верховного суда СССР, продолжается суд над Ахмедовым, Исмаиловым и Джафаровым.

Выдержка из обвинительного заключения:

«Руководимая Ахмедовым А. И. группа хулиганствующих лиц, в которой, наряду с неустановленными лицами вошли Джафаров Я. Г., Исмаилов И. А., вооруженная топорами, ножами, металлическими трубами, арматурными прутьями, камнями и другими предметами, врывалась в квартиры, в которых проживали граждане армянской национальности, ломала двери, мебель, другие предметы домашнего обихода, била посуду, стекла в окнах, выбрасывала из квартир, жгла и грабила имущество, причинив своими действиями крупный материальный ущерб каждой подвергшейся нападению семье (перечисляются 17 квартир квартала 41а. — А. О.) …Общий размер причиненного потерпевшим материального ущерба от погрома указанных квартир составил 215.919 рублей. Затраты на ремонт этих квартир в этой связи составил 4.904 рубля».

Предвидя возникающий сразу вопрос, а кто эти другие, неустановленные лица, приведем еще одну выдержку:

«В совершении преступлений принимали участие сотни граждан, в основном, азербайджанской национальности. Погромы квартир, поджоги, избиения, изнасилования, убийства совершались группами бесчинствующих хулиганов. Часть из них следствием установлена и привлекается к уголовной ответственности… некоторые, из этих лиц осуждены. Расследование преступной деятельности этих лиц продолжается и займет длительное время»…

Заверение есть, сроки, понятно, указаны быть не могут.

Но возникает другой вопрос: что это стряслось с нашими следственными органами? В случае обыкновенной квартирной кражи, если обнаружен хотя бы один из злоумышленников, выявление других, как уверяют мужественные и проницательные капитаны и майоры-киногерои, всего лишь «дело техники». Но вот официально объявлено, что значительную часть «хулиганствующих элементов» составляли учащиеся ПТУ и живущие в антисанитарных, невыносимых условиях («нахалстрой») отчаявшиеся, преступные элементы. Что же получается; до этого они не знали друг друга, сбились в стаи лишь в последние февральские дни? Три дня подряд, средь бела дня в присутствии тысяч свесившихся с балкона «зрителей» творили они преступления. И что же, представляет большую трудность выявить свидетелей?

Что бы там ни было, допустим, что это следственная тайна, и людям, далеким от юриспруденции, не разобраться в этих тонкостях и хитросплетениях. Согласимся с этим и подождем, когда же обнаружат остальные сотни преступников. Точнее, тысячи. Поскольку любое лицо, ставшее очевидцем и не сделавшее попытки предотвратить, остановить преступление, становится по закону его участником.

И трое преступников в зале Верховного суда СССР в большей или меньшей степени отказываются от своих прежних показаний, отрицают или признают частично свою вину, изворачиваются, лгут, уличаются во лжи, притворяются простачками и снова лгут. Но слишком вески доказательства, многочисленны свидетели, суд располагает обширными фактами, и возмездие кажется неотвратимым.

Есть еще время для точного определения, и в зале суда решается судьба только троих из них.

Троих из них. Всего лишь троих…

Отдельное дело, небольшой фрагмент бездонных сумгаитских злодеяний, в основном, о тяжких преступлениях в городском квартале № 41а.

Семь жертв: Аракелян Арташ Левонович, Амбарцумян Миша Арсенович, Мелкумян Согомон Маргарович, Мелкумян Раиса Арсеновна, Мелкумян Ирина Согомоновна, Мелкумян Эдуард Согомонович, Мелкумян Игорь Согомонович.

ЛЮБОЕ преступление, большое или малое, тяжкое или не столь значительное, имеет свои побудительные причины, мотивы, цели. Повторим эти азбучные истины и вновь приведем выдержки из обвинительного заключения:

«…Увидев это, Ахмедов подбежал к Бабаяну А. А. и с целью умышленного убийства из хулиганских побуждений замахнулся на него имевшимся у него топором, намереваясь нанести удар по голове… (Растерзанный А. Бабаян остался в живых, сумев укрыться на проходной молочного комбината, в это время появились бронетранспортеры и преступники убежали — А. О.)… Подошедший Ахмедов присоединился к Джафарову, Исмаилову и другим и начал избивать Аракеляна А. Л. В ходе избиения потерпевшего Ахмедов имевшимся у него в тот момент секачом нанес Аракеляну А. Л. с целью убийства из хулиганских побуждений удар по спине. Джафаров и Исмаилов имевшимися у них топорами с той же целью также нанесли Аракеляну А. Л. по несколько ударов каждый по голове и другим участкам тела… После совершения убийства, проявив жестокость, хулиганствующие лица труп Аракеляна А. Л. сожгли… С целью совершения умышленного убийства из хулиганских побуждений Аракелян А. Т. (жена Аракеляна Арташа — Ася. — А, О.) он (Джафаров. — А. О.) имеющимся у него ножом нанес ей несколько ударов в различные части тела… Полагая, что от причиненных ей повреждений Аракелян А. Т. скончалась, поскольку не подавала признаков жизни, на нее набросили палас, облили легковоспламеняющейся жидкостью и подожгли, в результате чего Аракелян А. Т. были причинены термические ожоги плеч и спины 2 — 3 степеней… (Рассказанное в зале суда этой чудом уцелевшей, мужественной и невероятно выносливой женщины предпочитаю не излагать. — А. О.) …Джафаров с целью умышленного убийства из хулиганских побуждений топором нанес удар по голове Мелкумяну Эд., который затем другими лицами был брошен в горевший рядом костер…»

Итак — все время…

Предварительным следствием перечисленные действия определены следующим образом:

«Ахмедову Ахмеду Имани-оглы… организация и непосредственное участие в массовых беспорядках, сопровождающихся погромами, разрушениями, поджогами и другими подобными действиями; покушение на умышленное убийство из хулиганских побуждений одного лица; умышленное убийство из хулиганских побуждений с особой жестокостью второго лица; организация умышленного убийства из хулиганских побуждений с особой жестокостью нескольких лиц и пособничество в их убийстве, как лицо, совершившее ранее умышленное убийство».

С незначительными различиями такое же определение в отношении Исмаилова и Джафарова. В обвинительном заключении нет иного определения побудительных мотивов и целей.

Чуть позже увидим, как вожак Ахмедов объясняет свое участие в происшедших событиях.

А пока выясним, что же такое «хулиганство». Согласно советскому уголовному законодательству — это умышленное действие, грубо нарушающее общественный порядок и выражающее явное неуважение к обществу. Особо строгая ответственность установлена за злостное хулиганство (действия, отличающиеся исключительным цинизмом, особой дерзостью, с сопротивлением представителям власти, а также с применением (или попыткой применения) оружия). За мелкое хулиганство виновные привлекаются к административной, ответственности.

Определение хулиганства одинаково в Уголовных кодексах всех союзных республик. Не представляет труда взять эти кодексы и, попытаться втиснуть в рамки определения действия, совершенные, пусть даже не главарем, а отметившим в августе свое 18-летие Джафаровым. Даже при очень большом желании определение «хулиганские побуждения» вызовет снисходительную улыбку у стороннего человека, а у целого народа, пережившего не одну резню, давшего на заклание на кровавый алтарь миллионы, потом десятки тысяч, а в наши дни уже десятки жертв, может возбудить лишь гнев и ярость. Хулиганством можно назвать лишь «соображение», что, мол, видите, число жертв со временем сокращается, потому что оно отличается откровенным цинизмом, особой наглостью. Но и в этом случае только при большом желании….

Вернемся к Ахмедову. Согласно его собственным показаниям 29 февраля до 14 часов он находился на рабочем месте, потом направился домой. Дойдя до пересечения улиц Мира и Дружбы (какие названия!), где расположен автовокзал, решил принять участие в митинге, послушал выступающих, которые говорили, что в Нагорном Карабахе убивают азербайджанцев, насилуют женщин. Кто-то сказал, что на станцию Баладжары прибыл состав из Карабаха, набитый трупами убитых. Все это и явилось причиной его участия в массовых беспорядках. Когда в толпе раздались призывы отомстить армянам, он взял мегафон из рук одного парня и предложил пойти в квартал 41а, громить квартиры армян. Большая часть молодежи откликнулась на этот призыв, и толпа двинулась вперед.

Идущий себе домой с работы и внезапно ощутивший в себе потребность в мщении прессовщик кричал в мегафон следующие призывы: «Громите квартиры, но вещи не берите, а уничтожайте», «Мусульмане, укажите квартиры армян» (свидетель М. Ильясов), «Смерть армянам, армяне здесь больше жить не будут», «Вы не знаете, что делается с нашими братьями и сестрами в Нагорном Карабахе. То что мы делаем — ерунда» (свидетель Н. Теюбова), «Мусульмане, покажите армян, мы их убьем» (свидетель Ф. Аббасова), «Да здравствует Азербайджан», «Братья, наших братьев и сестер убивают в Карабахе, будут и вас убивать» (свидетель Р. Адилов).

Другой свидетель, А. Меликов, заявляет, что среди тех. кто выводил из его квартиры, укрывшихся там Игоря и Эдика Мелкумянов, был и парень с мегафоном, который попозже зашел вновь, чтобы попросить извинение за беспокойство, и, показав на свои руки, сказал, что на них есть кровь этих армян. Свидетель Р. Рзаева говорит: «…потом этот мужчина упал лицом вниз. Тогда мегафонщик ударил этого мужчину тесаком один раз по спине. Мужчина больше не двигался. Мегафонщик ударил его последним. На тесаке после удара была кровь, и мегафонщик потому обтирал тесак о ковер, который накинули на мужчину перед тем, как поджечь его…».

21-го октября, во время судебного заседания одна из овдовевших невесток семьи Мелкумян — Карина Мелкумян, от имени всех потерпевших сделала на суде следующее заявление и попросила внести его в дело:

«Уважаемые судьи.

Велико наше горе, неизлечимы наши раны, несмотря на грядущий приговор.

Мы потеряли своих близких, некоторые из нас — буквально всех.

На скамье подсудимых перед нами и вами трое бандитов, которые любыми способами пытаются уйти от заслуженной кары, ведут себя нагло и вызывающе. Для нас, для вас тоже очевиден тот страшный факт, что они хотя бы внутренне не осуждают свои мерзкие преступления. Наоборот, считают себя жертвами сегодня, а героями — после оглашения приговора.

По ходу процесса становится явным и очевидным, что трое бандитов, а один из них недоросль, не смогли бы бесчинствовать, убивать и насиловать целые кварталы, жечь дома и трупы, машины и живых людей.

Разве у вас не возникает вопрос, а где те сотни людей, где истинные организаторы этого страшного преступления не только против армян, но и всего советского народа, всего человечества?

В советской прессе появилось сообщение о процессе в Бразилии: действия пятерых бандитов, которые привели к убийству трех индейцев, квалифицированы как геноцид.

А разве не геноцид убийство мирных жителей — сумгаитских армян? Вы не убеждены в этом? Вы — высоко, квалифицированные юристы, которые впервые в своей обширной практике сталкиваются с подобными проявлениями национальной ненависти, вандализма и зверства.

Мы считаем, что высший орган советского суда, выше которого только Закон, не имеет ни профессионального, ни морального, ни человеческого права не учитывать нашу просьбу. Нашу надежду на выявление Истины. А истина всем ясна: в Сумгаите был подготовлен и осуществлен настоящий геноцид, и трое бандитов, три незначительных винтика в этом огромном механизме сидят перед нами и вами и лгут. Лгут беззастенчиво и уверенно. Мы настаиваем на соответствующей квалификации, на выявлении истины.

Не может высший судебный орган нашей страны заниматься элементарной уголовщиной, каковой представляется эпизод сумгаитской трагедии в этом авторитетном здании. Не может высокий суд не дойти до истины и не огласить ее.

Во имя Истины, во имя Закона, во имя Гуманизма».

Остается добавить, что мать преступника Джафарова — свидетель Э. Джафарова во всеуслышание заявила на суде, что истинных организаторов преступления нет на скамье подсудимых, что ее сын стал слепым орудием в их руках.

В номере десятом за этот год ежемесячника «Век XX и мир» опубликовано письмо заведующего кафедрой русского языка Ереванского государственного университета С. Золяна и комментарий к письму доктора экономических наук В. Шейниса.

С. Золян, в частности, пишет: «Что скажет о нашем обществе грядущий историк, когда, обшарив стопки газет за 1988 год, с удивлением обнаружит, что письма, соболезнования и возмущение происшедшим в Сумгаите можно найти только в личных архивах? Что скажет этот историк, когда узнает, что сумгаитские беженцы, сами нищие, перечислили деньги пережившим железнодорожную катастрофу в Арзамасе, но тщетно будет он искать в какой-либо газете упоминания о фонде помощи сумгаитцам?.. У нас общие беды и общие проблемы. Всем нам памятно выступление Г. Бакланова на XIX партконференция. Хочу повторить его же мысль, но в иной форме: кто в дни сумгаита предпочел молчать и к этому призывал других, кто не сказал четко и ясно, с кем он: с палачом или с жертвой, — тот завтра окажется перед необходимостью решать: кем ему быть самому — палачом или жертвой».

В. Шейнис пишет: «…значение события и элементарное чувство солидарности требовали объявить общенародный траур (который, к слову сказать, назначался у нас в последние годы по менее существенным поводам). Но если первую реакцию еще можно объяснить элементарной растерянностью, то нельзя понять, почему суду над участниками массовых беспорядков и бандитизма (а не просто хулиганства) не было придано соответствующее общественное звучание, и гласность была как бы притуплена. До сих пор не дан внятный ответ, кто должен отвечать, и как могло случиться, что решительные меры были приняты лишь на третий день погрома, развернувшегося рядом с азербайджанской столицей».

Именно в день, когда были приняты решительные меры — 29 февраля — совершались зверские преступления в 41а квартале, и судьба троих из них решается в Москве.

ФОТОСНИМКИ Мелкумянов, со свидетельствами о смерти, кратким описанием убийств, видели очень многие.

Вспомним еще раз их спокойные, благородные лица, глаза Согомона, навевающий домашний покой взгляд Раисы, гордую осанку Игоря и Эдика, милое лицо Ирины с едва заметной улыбкой. Сколько похотливых взглядов провожали ее от дома до аптеки № 353, где работала она до своей мученической смерти…

Не могу писать здесь обо всем том, что явственно предстало из показаний свидетелей, описания отдельных убийств, результатов судебно-медицинской экспертизы, не могу ни во имя чего. Это не выше моих сил. Это выше нашего национального нравственного естества. Переживания и нервные потрясения находящихся в зале нас, армян, пусть будут и останутся только нашими. До конца жизни.

Для того, чтобы создать приблизительное представление об этом дантовом аде, приведем лишь одно свидетельство: 3. Саламов рассказывает:

«…Я увидел, что возле 3-го подъезда дома 2б, где проживали армяне, бьют женщину… Это была пожилая полная женщина. Мне было известно, что она является матерью двух братьев-армян… Из подъезда № 3 вывели мужчину в возрасте 30 лет… Когда его вывели, то сразу ударили. Затем его сразу отвели к торцу дома 5в и стали избивать… После этого парень в возрасте 23 — 28 лет подошел к мужчине, который уже избитый лежал на земле и положил ему за пазуху горящую тряпку. Мужчина вскочил с земли, закричал и побежал за дом 2б. Больше я этого мужчину не видел… Далее увидел, что из второго подъезда дома 2б вывели Ирину. Я ее знал… Толпа повела ее к трансформаторной будке. Что с ней делали, мне не было видно. Когда толпа расступилась, я увидел, что она голая лежит на земле, и ее бьет лопатой по спине подросток в возрасте 14 — 15 лет. Ударил он ее по спине подряд примерно 5 — 6 раз. Ирина поднялась, замахала руками. Ее опять ударили… Ирина опять упала… Отец позвал меня домой. Сколько было времени, я не знаю. Но уже темнело. Когда подошел к подъезду, то увидел, что Ирина мертвая. Я так подумал потому, что она была без движения. Глаза у нее были открытые, в крови. Она была в сидячем положении. Спиной была прислонена к деревянной тумбочке, которая горела… Вокруг Ирины уже никого не было…»

Спустя шесть дней после кровопролития, в Степанакерте, у Братской, могилы воздвигнут был памятник жертвам новой резни. 24-го апреля в Ереване, на холме Скорби «Цицернакаберд» поставили Хачкар памяти и обета. Имена семьи Мелкумян должны быть первыми выбиты на наших монументах, во имя чудом уцелевших их внуков, во имя всех оставшихся в живых, во имя нашей безопасности и как призыв быть бдительными.

ГЕНОЦИД, большой и малый, величественные монументы и скромные памятники. Снова и снова ищешь ответ на вопрос: кто были они, озверевшие эти толпы в том единственном городе Советского Союза, где есть музей дружбы народов.

Кто эти — трое из них? В прошлом преступники и злостные хулиганы? Отнюдь. В обвинительном заключении есть сведения, характеризующие личности обвиняемых. Вот они.

Ахмедов Ахмед Имани-оглы — учился в местной школе, окончив 8 классов, поступил в ПТУ, в 1982 году был призван в Советскую Армию, после демобилизации работал на разных предприятиях, в момент ареста работал на прядильной фабрике старшим прессовщиком, с места работы и учебы представлены положительные характеристики, ранее не судим.

Исмаилов Исмаил Азадоглы — учился в местной школе, окончил 8 классов, служил в Советской Армии, в момент ареста работал в тресте «Азхимремонт» сварщиком, с места работы, учебы и жительства представлены положительные характеристики, ранее не судим.

Джафаров Явар Гияс-оглы — окончил 8 классов школы, до совершения преступления учился в ПТУ специальности сварщика, выполнял в школе общественную работу, согласно характеристике с училища — дисциплинирован, активно участвовал в общественной жизни, ранее не судим.

В общем, как и вся советская молодежь. В обвинительном заключении не указано, но трудно предположить, что они не являлись членами ВЛКСМ: все-таки и служба в армии и положительные характеристики. И дофевральское их существование никак не подпадает ни под определение «хулиган», ни «рецидивист». Прикрываются единственным «оправданием»: они мстили, разъяренные услышанным на митинге, хотя и зверь не пошел бы на такое, что они творили. Эти трое из них… И какие это изуверские курсы надо пройти, чтобы так, без подготовки убивать, калечить, насиловать, грабить, жечь, и все это на «любительском» уровне… Загадка? Отнюдь. Были не только слухи о «баладжарском поезде», были не только матери, простоволосые, бьющие себя в грудь, обращавшиеся к своим сыновьям по бакинскому телевидению: «балаларым, чего вы сидите?…», не только сумгаитские и бакинские деятели и «актриса» призывали к действиям. Корни оголтелого шовинизма, национальной ненависти, армяно-фобства намного глубже и обширнее. Это все хорошо нам известно и неведомо лишь легковерным или предпочитающим легковерие.

Последние, если имеют хотя бы смутные представления о Библии, то о Коране вообще и не слышали. Но не мешало хотя бы поверхностно познакомиться с этой главной книгой ислама, которая не раз издавалась в нашей стране и только в Азербайджанской ССР проповедуется более чем в четырехстах нелегальных мечетях. Об этом сообщала советская печать. Эта книга буквально призывает убивать неверных, пятая сура предупреждает: «Не берите иудеев и христиан друзьями… А если кто из вас берет их себе в друзья, тот сам из них».

В нашей стране свободы вероисповедания, где было разрушено, взорвано, отдано под хлевы и амбары около 10000 памятников христианского зодчества, было в то же время построено 1600 новых мечетей. Не по той ли причине, что величайший палач — Сталин, боялся угроз Корана: «Воздаяние тем, которые воюют с Аллахом… Они будут убиты или распяты, или будут отсечены у тех руки и ноги накрест…».

Как выглядят эти явные призывы к насилию, рядом с действующими советскими законами, которые предусматривают наказание за пропаганду насилия? На лозунгах организаторов резни 88-го года были начертаны высказывания из Корана: «Аллах проклял неверных и подготовил огонь для них». В ином случае посмели бы «хулиганствующие элементы» четвертовать «неверных», сжигать на «подготовленном пламени» людей? Не посмели, если бы не обладали слепой верой, что они останутся безнаказанными, что выполняют они «священный долг», высшую волю…

Иначе, как объяснить, что ни один азербайджанский интеллигент, ни один академик, писатель, музыкант, художник, режиссер, физик… полусловом даже не осудил преступления своих соотечественников, хотя бы в частных письмах?!

Совсем недавно в Москве на очередном заседании клуба «Демократическая перестройка» Галина Старовойтова заявила, что у нее есть сведения, добытые настойчивыми поисками, что пять представителей азербайджанской интеллигенции в той или иной форме осудили сумгаит. И, если рассматривать это число на фоне лозунгов «Свободу сумгаитским героям» на бакинских митингах, то можно счесть это число… вполне достаточным.

Один из тех, кто осудил эти злодеяния, — Чингиз Гусейнов. 8-го августа сего года на бриффинге «Нагорный Карабах и гласность» известный азербайджанский писатель, доктор филологических наук, в частности, сказал:

«…Конечно это (сумгаит — А. О.) позорная страница в истории азербайджанского народа. Это нужно признать… Я должен сказать, что исполнителями чьей-то воли выступали действительно люди, имеющие несколько судимостей, то есть люди хулиганствующие… Что касается суда над зачинщиками армянского погрома в Сумгаите, наши правоохранительные органы несколько замешкались, растерялись. Надо было действовать сразу, не дожидаясь… Сумгаитская трагедия… я повторяю, на совести азербайджанцев, но вместе с тем необходимо отметить, что эта ситуация не всегда используется в целях установления истины, и это усугубляется тем, что правоохранительные органы действуют очень медленно».

Видный писатель и ученый, живущий в Москве, прав: да, это позорная страница в жизни азербайджанского народа, всех народов нашей страны. Ведь любого мало-мальски цивилизованного человека приведут в содрогание скупые, но полные жесточайшего трагизма строчки из свидетельских показаний:

«Да здравствует Азербайджан, долой армян!» (свидетель С. Мирзоева),

«…его окружило человек 15 — 20, и стали бить топорами, ножами, палками. Били этого мужчину по телу и голове. Потом один из парней вытащил горевший матрас и накрыл им мужчину…» (свидетель Д. Зербалиев),

«…горел весь, сразу. Какой-то пацан бросил в огонь тряпку и убежал…» (свидетель А. Минасянц),

«…девушку раздели и бросили в ящики… Девушка раздвинула ящики и закричала. Тогда к ней подошел парень, примерно 20 — 22 лет. Этот парень принес с собой чайник — белого цвета, с мелкими цветочками. В этом чайнике был бензин. Парень из чайника облил девушку бензином и сам же поджег ее» (свидетель М. Мамедов),

«…туловище этого парня оказалось в костре, а ноги вне костра. Он подавал еще признаки жизни, пытался выползти из костра, но какой-то парень придерживал его куском арматурного прута и не давал этого сделать…» (свидетель М. Мамедов, обвиняемый по другому уголовному делу).

«…Двое мужчин потащили лежащего парня к костру… и бросили его в огонь. Потом подходили подростки и палками подталкивали тело этого парня в костер» (свидетель С. Еникеев),

«…я не видела, чтобы на него кто-то вылил бензин, но неожиданно верхняя часть тела парня вспыхнула. Он сразу же упал на землю и начал крутиться, видимо, хотел погасить пламя, но быстро затих» (свидетель И. Байкова).

И как после этого всего будут жить эти азербайджанские недоросли? Кто они: «мстители», «хулиганы», «преступники»..?

Суд на этот вопрос возможно не ответит. Его дело наказывать. Коллективная совесть азербайджанского народа — его интеллигенция, также не собирается отвечать? Первым делом — себе. Сами — себе. И своему народу. Нам ответ не нужен. Ответ нам известен…

Он будет сведен к испытанному «аргументу». Мол, всколыхнувшее Нагорный Карабах и Армению мощное всенародное движение, выдвинувшее конституционные и справедливые требования, вызвали противодействие в Азербайджане, и… темные силы учинили сумгаитскую резню. Других формулировок пока нет ни в азербайджанских источниках, ни в «мотивировках» преступников.

В печальной памяти статье «Эмоции и разум» так и написано: «Страшнее произошли события в Сумгаите. Пользуясь взрывоопасной ситуацией, уголовные элементы с целью грабежа врывались в некоторые квартиры, где жили армяне».

Само время очень быстро и без всяких усилий опровергает все положения этой статьи. Опровергает неумолимо, ибо держит в своих руках перо истины.

Пятьдесят два года тому назад, в номере от 19 августа 1936 года «Правда» напечатала пространную статью тогдашнего руководителя партийной организации Закавказья Берии, в которой автор обвинял первого секретаря ЦК Компартии Армении Агаси Ханджяна в национализме только по той причине, что Ханджян осмелился выступать за воссоединение Нагорного Карабаха с Советской Арменией. Вполне понятно, что руководитель армянских коммунистов был объявлен врагом народа.

Так что не новость ни проблема Нагорного Карабаха, ни предпосылки сумгаитского ада. И цель развернувшейся «вокруг событий» недостойной возни и нечистоплотных «игр» — попытаться завуалировать правду «святой» ложью и недомолвками замаскировать всенародное движение со справедливыми требованиями и трагедию.

Не думаем, что удастся. Даже если сотни раз будут повторять вздорные формулировки типа «группа экстремистов» или «умышленное убийство из хулиганских побуждений», суть извратить не сумеют. Черное есть черное. Белое есть белое. Серые — волки, которые очень опасны, когда сбиваются в стаи…

ВРЕМЯ от времени всматривался в лица этих троих… Превозмогая боль в сердце, желудочные спазмы, головную боль, сдерживая слезы, всматривался в каждого в отдельности, пытаясь уяснить для самого же себя, что я о них думаю? Особенно, о вожаке — этом человекообразном с правильными чертами лица. О втором, с тонковатой шеей. О подростке с волчьими глазами.

И вдруг понял, что ничего не думаю. Ощущаю в себе и ненависть, и ярость, и … жалость. Не прощение, не христианское отпущение, а жалость. Жалко их, не имеет смысла так жить, так жить означает стать тяжелой обузой для всех.

Понял, когда прощался с овдовевшими невестками Мелкумянов, с вдовой М. Амбарцумяна, с присутствующими в зале суда армянами.

Понял, что думаю о наших юношах и девушках. Остро появилось желание видеть всех счастливыми, гордыми, благородными, порядочными, физически здоровыми, безупречными… Захотел видеть их всех в спортивных залах, где они приобретали бы физическую закалку, чтобы безоружными суметь одолеть вооруженный сброд, видеть всех нераздельными с Землей и Книгой, на благо оставшейся нам частицы страны Наири, пожелал поприсутствовать у всех у них на свадьбах, пожелал слышать нескончаемый крик новорожденных в Армении и Карабахе, армянской диаспоре — везде, где есть армяне. Чтоб восполнялись потери миллионов — десятков тысяч — десятков, во имя нашей стойкости, вечности, бесконечного движения вперед.

Я пожелал, чтобы кончился этот кошмар.

Армен ОГАНЕСЯН.
Москва — Ереван.
Голос Армении (Коммунист) № 258(16537) 2 ноября 1988 г.
Источник: press.karabakh.info





stop

Сайт создан при содействии Общественой организации "Инициатива по предотворащению ксенофобии"

Armenia

Подготовлено при содействии Центра общественных связей и информации аппарата президента РА Армения, Ереван


karabakhrecords

Copyright © KarabakhRecords 2010

fbfbyoutube

Администрация готова рассмотреть любое предложение, связанное с размещением на сайте эксклюзивных материалов по данным событиям.

E-mail: info@karabakhrecords.info