Сумгаит

Говорят свидетели- азербайджанцы

ВЫДЕРЖКИ ИЗ МАТЕРИАЛОВ СУДЕБНОГО ПРОЦЕССА ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ №18/60232-88, СОСТОЯВШЕГОСЯ В МОСКВЕ В ЗАЛЕ ЗАСЕДАНИЙ ВЕРХОВНОГО СУДА СССР 18 ОКТЯБРЯ – 18 НОЯБРЯ 1988 г.

Свидетель ЗАРБАЛИЕВ Д.С. показал, что, когда 29 февраля 1988 г. толпа подошла к дому 5а, группа парней сразу зашла в первый подъезд… Минут через десять парни вытащили из подъезда мужчину лет пятидесяти. Его окружили человек 15–20 и стали бить топором, ножами, деревянными палками. Потом один из парней вытащил горевший матрац и накрыл им мужчину, сверху набросили разные вещи…» 29 февраля 1988 г., около 19 часов он вышел из дома на улицу. Описывая увиденную им картину, свидетель показал: «...прошел мимо лежавшей женщины – матери Артура, думал, что она мертва, потом мимо кооперативного дома /дом 5в/ вышел к дому 26. У подстанции, с той стороны, что обращена к улице Синева, я увидел костер, в котором лежал труп мужчины, из костра торчали ноги в мужских туфлях. Костер горел и у дома 5в, но я туда не смотрел. Между подъездом №3 и подъездом магазина я увидел лежащую на животе женщину лет пятидесяти, в области ягодиц у нее торчал металлический шампур...» Свидетель ЗАРБАЛИЕВ Д.С., чей отец работает в милиции гор. Сумгаита, отвечая на вопрос адвоката Шапошниковой: «Почему вы не позвонили отцу, который в это время был на службе, и не рассказали о том, что творится в вашем квартале?», отвечает: «А зачем мне надо было звонить? Милиция об этом все знала, все об этом знали, это же был не первый день погромов». Свидетель АТЛУХАНОВ М.А. рассказывает, что по дороге на автовокзал он и Ахмедов видели в камышах обнаженную убитую девушку, а на земле возле светофора лежал окровавленный мужчина… По городу ходили бронетранспортеры, но и они не вмешались.

Свидетель МУРАДОВ ДЖАМАЛ ИСМАИЛ-ОГЛЫ: «Я видел, как возле сгоревшей машины горел человек, мне стало страшно. Варвары только такое могут натворить. Там была женщина, которую страшно избивали. Она хотела войти в стоящую машину, но шофер оттолкнул ее и не пустил. Бандиты продолжали избивать ее, куда увели – не знаю. Далее я видел на улице мертвых людей. Чуть дальше лежала голая женщина, вся в крови. Было страшно, в жизни я такого не видел. Потом я видел, как парень топтал голову живого человека. Ночью я не спал. Все это было 28 февраля. 29 февраля мы с женой вышли купить хлеба. Там громили дома. А милиция наша стояла и смотрела… Бандиты действовали оперативно. Они быстро находили квартиры армян, каким образом – не знаю. Парень с микрофоном руководил толпой, его слушали все. Банда была вооружена. В толпе были люди разных возрастов, даже были 3-х и 4-х летние дети…Я видел очень много милиционеров, которые наблюдали и ничего не делали, как будто это их не касалось… В центре было очень много больших камней. Откуда они – не знаю. У нас раньше таких камней не было». Свидетель СЕЛИМХАНОВ А.С.: «Во время митинга на автовокзале Исмаилов спросил одну женщину: «Где живут армяне?», она ответила: «Если бы я знала, сама бы высосала из них всю кровь…» Свидетель МАМЕДОВ М.Я.: «…Когда я и мой друг Керимов пришли на автовокзал, там было много солдат. Солдаты отступали, среди них было много раненых, их лица были в крови… Потом толпа направилась в 41а квартал. Там начали громить квартиры армян».

Свидетель ТАХМАЗОВ Т. Т., управдом, утверждает, что в семье Мелкумянов он был утром, в 8:30. Однако потерпевшие заявляют, что он, управдом, в 16:30 зашел в квартиру Мелкумянов и посоветовал не выходить из дома, т. к. на улице опасно, после чего он ушел. Через некоторое время пришли бандиты… Точно так же в этот день свидетель вошел в квартиру Гукасянов и посоветовал не выходить из дома. Однако последние не поверили ему и спрятались в другом месте. В результате они спаслись, а их квартира была разгромлена. Свидетель заявляет, что примерно с 15:30 до 21:00 он был в горисполкоме. На вопрос адвоката ШАПОШНИКОВОЙ: «А почему вы там сидели без дела, почему ничего не предпринимали?» – Тахмазов отвечает: «На это пусть ответит председатель горисполкома. Мы там ждали распоряжений, но никаких распоряжений не получили».

Далее Тахмазов рассказывает: «…Было распоряжение представителя ЦК КП Азербайджана Ганифаева сжечь и засыпать землей все разгромленные вещи. Так и сделали, причем очень оперативно. На следующее утро из горисполкома в 41а квартал прислали ремонтно-строительные части, и те убрали трупы и все разрушенное…» Свидетель ТЕЮБОВА: «Мегафонщик обратился через мегафон к жителям, чтобы они сказали, где живут армяне. Никто не сказал. Все ответили, что здесь армяне не живут. Но они все-таки нашли квартиры армян. Может быть, они знали адреса армян».

Далее Теюбова показала, что толпа была вооружена арматурами примерно 50–70 см. На вопрос адвоката она уточнила: «Можно сказать, что все эти арматуры были одинакового размера». Свидетель ГУЛИЕВ С.М.: «Были отрезаны линии телефонов…Специально были привезены булыжники…Эти погромы были подготовлены не в один день». Далее он описывает сцену убийства Аракеляна Арташеса: «Его вывели из подъезда, били разными предметами, после чего забросали вещами и сожгли. У каждого из бандитов были железки-арматуры длиной примерно 70 см… После погромов в 41а квартале толпа отправилась в 9-й микрорайон… Я видел, как курсировали БТР-ы. Какие-то люди подбежали к солдатам и попросили помощи. Однако солдаты не пришли на помощь, мотивируя это тем, что им не приказано…» Отвечая на вопросы адвоката РШТУНИ, свидетель уточняет: «У погромщиков были специальные прутья-арматуры длиной примерно 70 см, как будто специально сделанные для погромов… В городе не было милиции, я не видел… Были отрезаны линии телефонов… Специально были привезены булыжники… У бандитов были дубинки и каски, которые они отбирали у солдат…(…) Эти погромы были подготовлены не в один день. Долго готовились к этому». Адвокат Рштуни: «Вы говорили, что вся эта резня была организована не в один день. Откуда у вас такая информация?»

Свидетель: «Видите ли, когда пять человек хотят организовать что-то, об этом сразу узнают правоохранительные органы. А ведь в эти дни в Сумгаите бесчинствовали не пять, а тысячи бандитов».

Второй вопрос адвоката Рштуни: «Вот вы сказали, что в эти дни милиция отдала город на растерзание бандитов. У вас есть какие-то доказательства, факты?»

Свидетель: «Какие у меня могут быть доказательства? Скажу только, что за эти дни в городе я не видел ни одного милиционера».

Свидетель МАМЕДОВ М., наблюдавший действия Ахмедова А. И. и хулиганствующей группы лиц, в частности, показал:

«…Из третьего или четвертого подъезда дома 2б толпа вывела пятерых армян, троих мужчин и двух женщин. Двое мужчин сразу вырвались и побежали в сторону троллейбусного парка. Мужчины были среднего возраста. Один здоровый, полный, одет то ли в пальто, то ли в шубу. Второй – ниже ростом, худощавый, одет в костюм светло-голубого цвета. За ними побежала толпа человек 20–30. Возле подъезда дома остался один мужчина, молодой, на голове у него была каска, строительная или мотоциклетная, и с ним две женщины: одна молодая, другая среднего возраста. Парень и молодая женщина забежали в первый подъезд дома… Часть толпы вбежала в подъезд… вслед за парнем и девушкой. Парня и девушку вывели из подъезда. Они держались друг за другом, но их разъединили… Больше внимания я обращал на девушку, которую били… рядом с сапожной будкой. Я стоял на углу дома 2б. Я видел, как какой-то парень бил девушку лопаткой, но не острием, а плашмя. Еще ее били дубинками. Из всех, кто бил девушку, я никого не знаю. Рядом с тем местом, где били девушку, лежали ящики. Девушку раздели и бросили в ящики и сверху на нее навалили их… Девушка раздвинула ящики и закричала. Тогда к ней подошел парень примерно 20–22 лет… Этот парень принес с собой чайник белого цвета с мелкими цветками. В этом чайнике был бензин. Парень из чайника облил девушку бензином и сам же поджег ее…»

Свидетель ДЖАФАРОВА, мать подсудимого Джафарова, заявила на заседании суда, что ее сын – 18-летний мальчишка и он не может убить человека. «…Там все убивали, почему же судите моего сына, а не главных организаторов? Ведь все сидящие в зале отлично знают, кто организовал все это. Где они, почему не они сидят здесь на скамье подсудимых? Здесь должны сидеть должностные лица, допустившие все это». Далее свидетельница называет виновниками погромов Алиева (Гейдара – Ред), Багирова1, Муслима-заде2.

Свидетель КОЗУБЕНКО ВАЛЕРИЯ ВАСИЛЬЕВНА подробно рассказывает о погроме квартиры Аракелянов: «Разгромили полностью квартиру, а потом стали ломать нашу дверь. Когда уже лезвие топора было видно с внутренней стороны, я открыла дверь. Они все ворвались в квартиру и начали громить ее. Я видела, как вытащили из нашей квартиры Аракелян Асю, а следом вытащили ее мужа Аракеляна Арташа». Отвечая на вопросы прокурора, Козубенко приводит следующие подробности: «Бандиты, которые вошли в нашу квартиру, были вооружены прутьями, арматурами, большими ножами. Металлические прутья были одинаковой длины, как будто специально обрезанные. Кто-то из азербайджанцев-бандитов хотел ударить меня, но рядом стоящий не дал это сделать, сказав: «Мы русских не трогаем». Эти бандиты, все абсолютно, были одеты в черное и почти все были молодые… С 28-го числа наши телефоны были отключены».

Свидетель ИЛЬЯСОВ М. В. показал: «…Из моей квартиры я видел, как к нашему кварталу подъехала машина марки ГАЗ-24 черного цвета. К этой машине подошли двое из толпы. В машине, по-моему, тоже было двое людей. Не выходя из машины, сидящие в ней люди что-то сказали подошедшим, и те сразу же вернулись в толпу. После этого погромы начались с новой яростью… В нашем квартале я заметил солдатские бронежилеты… Когда со стороны молокозавода проехали БТР-ы, я обрадовался, думая, что они попытаются остановить погромщиков, но увы…» «Что вы предприняли в этой ситуации?» – спрашивает председательствующий. «Ничего. Во-первых, я боялся за свою семью. Все было непонятно и страшно, в центре города стояли БТР-ы, а в нашем квартале убивали людей. Я не знал, что будет дальше. А вдруг после армян они возьмутся за нас, русских? Во-вторых, они все были вооружены чем-нибудь, в основном, арматурными прутьями». Отвечая на вопросы прокурора относительно черной «Волги», свидетель уточняет, что достоверно утверждать он ничего не может, но все, что было связано с этой машиной – и ее специальный заезд в этот квартал, и то, что эту машину никто не атаковал, как атаковали другие машины, как велись переговоры людей из машины с толпой, наконец, как действия развернулись с новой силой – все это было крайне подозрительно и необъяснимо с других точек зрения. Далее Ильясов показывает: «Я считаю, что они заранее знали адреса армян. Этот вывод я сделал потому, что погромщики безошибочно входили в подъезды, где жили армяне… 28-го утром на улицах города я заметил груды камней, которыми были перегорожены дороги, чтобы никто не уехал. Среди камней кроме битого кирпича и шлака, которые валяются на свалках, были также кубики, которые нигде не валяются, их надо привезти… 29-го я видел, как взрослые люди бросались камнями в БТР-ы, а БТР-ы при этом отступали».

На вопрос: откуда у толпы арматурные прутья, свидетель отвечает: «В первую очередь, их могли бы приобрести на нашем заводе, а также и на других заводах, например, на заводе железобетонных изделий. Таких прутьев раньше я ни у кого не видел».

Прокурор: «Создалось ли у вас такое впечатление, что все это было заранее организовано, что специально готовили эти прутья, специально привозили камни, заранее выяснили адреса армян?»

«Можно сказать – да, хотя утверждать не могу», – отвечает Ильясов.

«Тогда объясните, если им были известны адреса армян, то почему же по мегафону они просили показать, где живут армяне?» – продолжает прокурор. Ответ: «Это было давление на психику людей, это была демонстрация. Когда толпа пришла в наш квартал, погромщики сразу ворвались в подъезды, где жили армяне. А то, что они спрашивали по мегафону адреса армян, я повторяю, это было демонстрацией, давлением на психику людей. На самом деле все адреса армян они знали, действовали безошибочно». Отвечая на вопрос адвоката Яшина, свидетель поясняет: «…Все это было не из хулиганских побуждений, это была акция против конкретного народа, против армян. Не против русских или других народов, а против армян. Искали именно армян».

Свидетель ОМАРОВ М., начальник узла связи гор. Сумгаита: «В воскресенье, 28 числа, вечером связь была перегружена. По этой причине вышли из строя 300–400 номеров. Согласно действующему закону, по разрешению министра связи республики, в таких экстремальных ситуациях можно выключить определенные номера телефонов. Утром 29 числа я попытался связаться с министром. Однако мне не удалось это сделать. Я связался с начальником управления. Он посоветовался с замминистра и дал указание: «Действуйте по инструкции». После этого мы стали отключать телефоны абонентов. При этом мы учитывали список номеров, не подлежащих отключению /это милиция, советские, партийные, правоохранительные органы/. 2 марта связь полностью была восстановлена».

Отвечая на вопросы адвоката Шапошниковой, свидетель рассказывает: «27-го меня вызвали в горком. Там председатель горисполкома Мамедов и 2-й секретарь горкома партии Байрамова приказали мне поставить микрофоны на площади для митинга. Мы поставили микрофоны, но они не понадобились, ими не пользовались. Микрофон ставили и 28-го числа. В этот день митинговали. Что говорили по микрофону руководители города во время митинга, не знаю, т. к. мы сидели в специально отделенной комнате, где стоит аппаратура, и следили за усилителями и другими аппаратурами».

МАМЕДОВ В. И., начальник ЖЭК-12 гор. Сумгаита рассказывает: «Нас, всех начальников ЖЭК, вызвали в горисполком и продержали там весь день 29 февраля… Мы ездили на танках и показывали войсковым подразделениям гос. банк, узлы связи и другие важные объекты. Впоследствии эти объекты усиленно охранялись войсками».

Вопрос: «Почему вы без разрешения органов следствия сожгли и закопали вещи, выброшенные из квартир /об этом свидетельствовал Т. Тахмазов/?»

Ответ: «Мы без ведома органов следствия ни одну вещь не уничтожили. Было специальное распоряжение зав. отделом ЦК КП Азербайджана Ганифаева сжечь и засыпать землей разгромленные вещи».

ВЫДЕРЖКИ

Из Обвинительного заключения по Уголовному делу №18/55461-88 по обвинению:

ПО РЯДУ СТАТЕЙ УГОЛОВНОГО КОДЕКСА АЗЕРБАЙДЖАНСКОЙ ССР.

I. Участие Сафарова Н.С., Мамедова Г. Г., Наджафова H.A., Ганджалыева Э.А., Исаева А.И., Григоряна Э.Р. в уничтожении автомашины “Москвич-2140”, госномер И 5258 АГ, принадлежащей Есеяну Л.Ш, и нанесении побоев членам его семьи /массовых беспорядках/.

Примерно в 16 часов Сафаров Н.С., Мамедов Г.Г., Наджафов H.A., Ганджалыев Э.А., Исаев А.И., Григорян Э.Р. и другие хулиганствующие лица вышли на улицу Мира для остановки автотранспорта с целью выявления граждан армянской национальности и расправы над ними. Остановив автомобиль “Москвич-2140” с госномером И 5258 АГ, принадлежащий на праве личной собственности Есеяну Л.Ш., следовавший из г.Баку под управлением Есеян Албины Александровны, Сафаров Н.С., Мамедов Г.Г., Наджафов H.A., Ганджалыев Э.А., Исаев А.И., Григорян Э.Р. и другие участники беспорядков, установив принадлежность пассажиров к армянской национальности, пытались вначале перевернуть автомашину вместе с пассажирами, а затем вытащили из салона находившихся в автомашине Есеяна Левона Шириновича, инвалида I группы по зрению, Есеян Албину Александровну и их несовершеннолетнюю дочь Есеян Нарине Левоновну и стали избивать их. После того, как подоспевшие работники милиции вырвали семью Есеян из рук хулиганствующих лиц, Сафаров Н.С., Мамедов Г.Г., Наджафов H.A., Ганджалыев Э.А., Исаев А.И., Григорян Э.Р. и другие участники беспорядков перевернули автомашину, а затем подожгли ее.

Обвиняемый НАДЖАФОВ НАДИР АХМЕДХАН ОГЛЫ пояснил:

«...28 февраля 1988 года, около 16 часов, я и Гусейнов Вагиф пришли в район автовокзала Сумгаита, где было очень много людей, в основном хулиганствующая молодежь, которая останавливала проезжий автотранспорт, выявляла лиц армянской национальности. Там, в районе пересечения улиц Мира и Дружбы, в толпе я встретил Григоряна Эдика, Сафарова Низами и Исаева Афсара. Узнав от них о том, что они собираются принять участие в избиении армян и погроме их квартир, я присоединился к ним. В это время я потерял Гусейнова Вагифа в толпе. Толпа продолжала останавливать машины. Со стороны Баку по ул. Мира к перекрестку с улицей Дружбы подъехала автомашина марки “Москвич”, в которой находилась семья Есеян: мужчина, женщина и девочка. Толпа окружила машину. Сафаров, Григорян, Исаев пошли к машине. Я пошел за ними. Толпа вывела пассажиров из машины, что с ними стало в дальнейшем, я не видел и не знаю. Когда толпа стала переворачивать указанную автомашину, Григорян Эдик, Сафаров Низами и Исаев Афсар присоединились к ним и перевернули ее. Через некоторое время машина загорелась… Однако кто поджег указанную автомашину Есеянов, я не видел. Сам я указанную машину не останавливал, не переворачивал, ее пассажиров не избивал, машину не поджигал…»

т.22 л.д.242–247

Ранее обвиняемый НАДЖАФОВ H.A. дал следующие показания:

«...Лично у меня в руках ничего не было. Но у Григоряна Эдика была в руках железная арматура, у Исаева Афсара – какой-то предмет, похожий на отвертку, у Сафарова Низами была в руках также арматура... Сафаров Низами остановил машину. Затем Низами, Афсар и Григорян Эдик вытащили указанных лиц из автомашины и стали их избивать. Хочу отметить, что Сафаров Низами собравшейся толпе сообщил, что сидящие в машине являются армянами...Каким образом пассажирам зеленого «Москвича» удалось вырваться из рук толпы, я не помню. После того, как пассажиры машины куда- то делись, я, Низами, Григорян Эдик, Афсар и другие незнакомые лица перевернули машину набок...»

т.22 л.д.239–245

Обвиняемый ГАНДЖАЛЫЕВ Э.А.:

«...Рядом с вокзалом у монумента «Дружбы народов» я увидел знакомых мне парней Сафарова Низами, Григоряна Эдуарда, Исаева Афсара, Наджафова Надира... Гусейнова Вагифа, парня, как позже узнал, его фамилия Мамедов Галиб, и других, незнакомых мне ребят. Время было около 16 часов. В руках у Сафарова Низами был арматурный прут, у Григоряна Эдика под курткой я видел топор. Как были вооружены другие парни, я не помню... После этого, в начале 17 часов Сафаров Н.С. предложил выйти на дорогу и останавливать автомашины, выявлять лиц армянской национальности и расправляться с ними. С этой целью вся группа вышла на перекресток улиц Мира и Дружбы, я шел вместе с толпой. Кроме нас в этом месте было очень много народа. Толпа скандировала: «Карабах наш!», «Карабах не отдадим!», «Смерть армянам!», «Армяне, вон из Сумгаита!». Я поддался общему возбуждению, но лозунгов не выкрикивал, просто стоял в толпе. Народ полностью заполнил эти улицы, и проехать автомашинам было невозможно. В это время я увидел, как нам навстречу со стороны Баку следует автомашина «Москвич» зеленого цвета. Не остановиться она не могла, так как наша группа в этом месте закрыла проезжую часть. Не доезжая до светофора метров 15–20, автомашина остановилась. За рулем я увидел женщину, лет 40–45, одета в плащ или пальто темного цвета, на сиденье сидели девочка-подросток, не более 18 лет... и мужчина 40–45 лет, как он был одет, я не помню, но у него на лице были темные очки и, судя по тому, как он впоследствии плохо ориентировался, я понял, что у него плохое зрение, либо он совсем слепой. Сафаров первым подошел к автомашине, следом за ним все остальные. Обращаясь к женщине-водителю, Сафаров потребовал у нее документы. После этого я услышал, как Сафаров закричал, что в автомашине едут армяне. Я в то время находился позади Сафарова, Мамедова и Григоряна, которые стояли у двери водителя. У задней двери я увидел Гусейнова Вагифа и Наджафова Надира. Более точное расположение я затрудняюсь описать, так как толпа все время передвигалась и на каком-то этапе я запомнил, что они стояли именно так. После того, как Сафаров закричал, что в автомашине едут армяне, толпа закричала: «Бей армян!». Охваченные общим порывом ненависти к армянам, кричали и все участники нашей группы. Сам я не кричал, так как стоял просто из интереса. Я увидел, как после этого толпа, окружавшая автомашину, стала вытаскивать пассажиров из салона. Сафаров, по-моему, вытаскивал женщину. Вытащив всех пассажиров из салона, их стали избивать. Били всех троих одновременно. Рядом со мной оказалась женщина-водитель, которой Григорян Эдик первым нанес удар в лицо рукой. Одновременно с этим ее стали избивать другие участники нашей группы. Лично я нанес 3–4 удара рукой в область плеч женщине. Затем толпа сбила ее с ног, и она упала на асфальт, тогда ее окружили и продолжили избиение, но я не видел, били ли ее ногами, так как женщину уже не было видно, ее окружила толпа. Из окруживших женщину я видел Мамедова, Григоряна, Сафарова. Одновременно с женщиной избивали мужчину и девочку. Среди избивавшей их толпы я видел Гусейнова Вагифа, Наджафова Надира. Кто и как из них наносил удары, я не наблюдал. В толпе, окружившей пассажиров “Москвича”, я увидел троих работников милиции в форме, званий их я не разглядел. Они уговаривали толпу прекратить избиение, но толпа не обращала на них внимания. Все же женщину, мужчину и девочку кто-то вытащил из толпы, но я за ними уже не наблюдал, так как из толпы крикнули, что автомашину надо перевернутой поджечь. Я с толпой подошел к автомашине. Толпа была большая, машину окружили почти со всех сторон, ее взяли за низ левого борта и опрокинули набок. Я при этом держался за низ кузова у заднего колеса ближе к багажнику. Рядом со мной держались Сафаров Низами, за остальными я не наблюдал, но они были все рядом. Когда закричали, что машину надо поджечь, я от нее отошел. Через 2–3 минуты машина вспыхнула...»

т.23 л.д.323–333

Обвиняемый МАМЕДОВ ГАЛИБ НАДИРШАХ ОГЛЫ показал, что 28 февраля 1988 года, примерно в 15 часов 15 минут он вышел из дома своего дальнего родственника Сафарова Низами и один пошел в город. Далее он пояснил:

«...Примерно к 16 часам я пришел к городскому автовокзалу, возле которого в районе фонтана я встретил группу ребят: Сафарова Низами, Наджафова Надира, Гусейнова Вагифа, Ганджалыева Эльчина, Григоряна Эдуарда и Исаева Афсара. Все названные мною лица стояли вместе, образуя круг, и скандировали: «Карабах наш, не отдадим Карабах!» Через промежутки сомкнутых вокруг ребят я видел, что в центре стоял Григорян Эдик и тоже выкрикивал вместе с другими. После того, как выкрики прекратились, Григорян скомандовал: «Давай, пошли за мной!» и вывел всех нас на перекресток дорог - улицы Мира и Дружбы… В руках у каждого были разной длины обрезки арматуры диаметром примерно 2 см и длиной от 70 см до 1 м. Я также был вооружен обрезком арматуры, который взял на проезжей части дороги возле автовокзала. На перекрестке улиц Мира и Дружбы наша группа вышла первой, несмотря на то, что там были другие люди. Не помню сейчас, кто предложил первый, видимо, все же по предложению Григоряна, мы стали останавливать автотранспорт с целью выявления лиц армянской национальности. Таким образом, была остановлена автомашина «Москвич» зеленого цвета. За рулем в машине была женщина, в машине также находились девочка и мужчина. Сафаров первым подошел к женщине-водителю и спросил у нее документы. Женщина ответила, что документы у нее забрали работники ГАИ. Тогда Сафаров сам полез в карман плаща женщины и достал оттуда водительские документы. Проверив их, он громко крикнул в толпу, что находящиеся в машине армяне. После этого Сафаров Низами вытащил из машины женщину и стал ее избивать. Я видел, что эту женщину избивали Сафаров Низами, Григорян Эдик, Гусейнов Вагиф, Наджафов Надир, Исаев Афсар вытащил из машины девушку и стал ее избивать... Мужчину стал избивать... Ганджалыев Эльчин... бил по различным частям тела. В избиении пассажиров «Москвича», как я узнал на следствии, это была семья Есеян, принимали участие все названные мною лица. В ходе избиения была суматоха. Некоторые бегали от одного потерпевшего к другому и при этом каждому наносили удары. Желающих ударить кого-либо из семьи Есеян было много... Могу сказать, что в стороне никто не стоял, били все. Кроме нашей группы, были там и другие незнакомые мне лица, которые плотным кольцом стояли вокруг. Кто-то из толпы, кто именно, я не видел, стал выкрикивать, что Есеяны лезгины по национальности. Тогда мы прекратили избивать потерпевших. В это время к Есеянам подошли два работника милиции. Откуда они появились там, я не видел. Один из работников милиции взял девушку, а другой мужчину и женщину и увели их в сторону от возбужденной толпы. В это время я увидел, как подъехала машина скорой помощи, которая и увезла семью Есеян. После того, как скорая помощь увезла семью Есеян, Сафаров Низами, Григорян Эдик, Гусейнов Вагиф и другие незнакомые мне лица, перевернули автомашину «Москвич» и кто-то ее поджег...»

Обвиняемый САФАРОВ НИЗАМИ СУМБАТ ОГЛЫ пояснил, что 28 февраля 1988 года примерно около 16 часов пришел в чайную, расположенную возле автовокзала гор. Сумгаита.

«...Там уже находились Наджафов Надир, Григорян Эдик, Гусейнов Вагиф, Ганджалыев Эльчин, Исаев Афсар и другие ребята. Я с Мамедовым подсел к ним... Пробыл в чайной я минут 15. Потом Григорян предложил встать. Мы вышли из чайханы и пошли в сторону перекрестка улиц Мира и Дружбы... Время было примерно 16 часов. В районе автовокзала, на перекрестке улиц Мира и Дружбы находилось много людей. Со стороны Баку ехала автомашина «Москвич» зеленого цвета на большой скорости. Кто-то крикнул, что в машине могут быть армяне и надо эту машину проверить. Все стали выходить навстречу автомашине, чтобы остановить ее. Григорян, я и другие наши ребята также пошли навстречу автомашине и встали поперек дороги. Машина была остановлена в метрах 15 от перекрестка по ул. Мира. Когда машина остановилась, основная часть толпы сконцентрировалась у передней части автомашины. (…). В машине за рулем сидела полная женщина, рядом с ней на переднем сиденье сидел мужчина в темных очках и сзади сидела девочка /или девушка/, что было одето на них, я не помню, мне кажется, что в машине был магнитофон или радиоприемник, так как мне показалось, что играла музыка. Когда машина остановилась, Григорян открыл дверь и потребовал документы у женщины, которая сидела за рулем. Женщина что-то отвечала. Я обошел Мамедова и подошел поближе в сторону водителя. Все двери автомашины были уже открыты... Когда пробрался, то документы оказались уже у Григоряна. Документы были в красной обложке... Григорян крикнул, что это армяне и призвал их бить. Призывал ли я к этому, я не помню. Все стали стучать по машине, кто бил кулаками, кто еще чем. Кто-то закричал, что надо перевернуть машину. Я вернулся к заднему колесу и вместе с другими пытался перевернуть машину с сидящими в ней пассажирами, но потом почему-то стали вытаскивать пассажиров. Кто-то вытащил девочку из машины с правой стороны... Григорян стал вытаскивать женщину из машины, она сопротивлялась, кричала «мама». Вытащив женщину, Григорян стал бить ее руками и ногами по голове, животу... Избивать женщину помогали Исаев Афсар, Ганджалыев Эльчин, когда женщина упала, Ганджалыев нанес ей один удар ногой по телу… Я обежал машину сзади, подбежал к мужчине, которого избивали, и в прыжке ударил его двумя ногами в область поясницы. Потеряв равновесие в связи с тем, что был нетрезв, я упал. Я видел, как в избиении мужчины принимал участие Мамедов Галиб. Сколько ударов наносил каждый из них, я сказать не могу. Думаю, что больше двух-трех ударов никто не наносил, так как желающих ударить было много, нападавшие друг другу мешали, толкали, стоявшие сзади напирали на передних и наносившим удары было трудно развернуться. Кроме того, к пассажирам пробивались работники милиции. В связи с тем, что я был в нетрезвом состоянии, все это происходило очень быстро, я был возбужден, прошло с тех пор много времени, рассказать все в той последовательности и в подробностях как это происходило, я не могу. Помимо знакомых мне ребят пассажирам автомашины наносили побои и незнакомые мне люди. Как я пояснил, в толпу пробрались работники милиции. Мне показалось, что они не сумгаитские. Они бежали со стороны магазина «Кавказ», где стояли их автобусы. Среди работников милиции был полковник. В них толпа кидала камни, палки. Кто-то сбил с полковника фуражку. Работникам милиции удалось увести пассажиров автомашины «Москвич». Куда их увели, я не знаю. Толпа шла за ними. Шли за ними и некоторые наши ребята, но кто именно, я сейчас не помню. Хотели отобрать пассажиров у работников милиции. Помню, кто-то предложил перевернуть автомашину. В переворачивании автомашины принимали участие Наджафов, Мамедов, Ганджалыев, Исаев. Переворачивал ли машину Григорян, я сказать не могу, не помню. Машину переворачивали на правый бок. Зажженные спички в машину бросали Мамедов, Наджафов, я, Ганджалыев, Исаев. Где в это время был Григорян, я не знаю. Машина загорелась. Мы стояли там минут 10. Затем мы направились к светофору, что находится на пересечении улиц Мира и Дружбы на территории 3 микрорайона. Там я видел на левой руке Григоряна кровь. Эта кровь появилась, видимо, в результате избиения пассажиров... Я ударил только Есеяна Левона. Девочку и женщину я не бил...

Свидетель ГЕЙДАРОВ ПАРВАДИКАР ГУСЕЙН ОГЛЫ – милиционер роты ППС Сумгаитского ГОВД по данному вопросу пояснил:

«...28 февраля 1988 года в период массовых беспорядков в Сумгаите я был направлен для несения службы в район автовокзала... вместе с сержантом нашей роты Нуриевым Наги. Мы прибыли на место службы примерно в 16 часов. На автовокзале было не менее тысячи человек. В основном это были молодые люди в возрасте 20–25 лет... Бесчинствующая толпа выкрикивала: «Карабах наш!», «Долой армян!». Эта толпа стояла группами по 200–300 человек. Примерно в 16–16 час.30 мин на перекресток улиц Дружбы и Мира со стороны гор. Баку въехала легковая автомашина «Москвич-2140» зеленого цвета. Возле перекрестка у светофора толпа людей остановила машину. В машине была одна женщина примерно 50 лет, которая была за рулем, а также мужчина примерно такого же возраста, как и женщина, и молодая девочка примерно 14 лет. Мы с Нуриевым плотно подошли к машине, чтобы не позволить толпе расправиться с пассажирами. Толпа также плотным кольцом взяла автомашину. Из толпы кто-то стал кричать, чтобы проверили у них документы... Толпа пыталась перевернуть автомашину с пассажирами. Мы с Нуриевым стали кричать, что они лезгины, не трогайте их... Какой-то молодой парень выхватил у мужчины документы. Посмотрев их, он закричал, что они армяне. Из толпы стали кричать, что надо их убить. Толпа стала раскачивать машину... С нашей помощью пассажирам удалось выйти из машины. Тогда толпа бросилась на них и стала их избивать. Я заметил, как мужчине чем-то ударили по голове. У него с головы шла кровь. Мы с Нуриевым их прикрывали, чтобы их не убили. Но через наши головы и со стороны люди наносили им удары чем попало. Той женщине тоже досталось. Ей также наносили удары ногами и руками. Били и девочку, даже порвали на ней одежду. Хочу отметить, что при этом из толпы нам также наносили удары, хотя видели, что мы были в милицейской форме... Лишь позже я понял, что, видимо, большинство, по крайней мере те, кто находился из толпы рядом со мной, были или пьяные, или под воздействием какого-то дурмана, глаза пустые, непонимающие, на все наши требования никакой реакции. С большим трудом я и Нуриев через толпу провели мужчину и женщину к киоску с газированной водой. Затем я увидел, что прямо в толпе находится девочка, которая ехала на этом же «Москвиче». Нуриев остался с женщиной и мужчиной, а я бросился в толпу, схватил девочку, обнял ее своими руками, она вцепилась в меня, поняв, что я ее спасаю... Я ее прикрывал, сам в это время кричал, что она лезгинка... Мне удалось буквально пронести на руках девочку… Хотя я ее защищал от ударов, нападавшие хватались за девочку, кто-то прямо на весу снимал с нее плавки, рвал одежду... в это время к этому месту прибыла группа работников милиции во главе с полковником, ему я и передал девочку...»

Свидетель АЛИ-ЗАДЕ ЧИНГИЗ ШАМИЛЬ ОГЛЫ – врач-уролог Сумгаитской горбольницы №1 по данному вопросу пояснил следующее:

«... 28 февраля 1988 года я дежурил в больнице с 9 часов утра до 21 часа вечера. Примерно в 16 час. 30 мин четверо молодых ребят... доставили в больницу мужчину и женщину. Из разговора с ними я узнал, что они супруги. Мужчина был слепой, в руках у него была трость. Из рассказа мне стало известно, что втроем /с ними была еще дочь/ они приехали из Баку в Сумгаит на автомашине «Москвич». Толпа их остановила на улице Мира... Избивали их руками. Я осмотрел мужчину. У него... на лбу была небольшая царапина... Были ли телесные повреждения... на других частях тела, закрытых одеждой, вспомнить не могу... В ходе медицинского осмотра телесное повреждение, имевшееся у Есеяна, мною было обработано. Есеян в ходе медицинского осмотра не раздевался потому, что особых жалоб на состояние здоровья не выражал. Женщина также не раздевалась и имелись ли у нее на закрытых частях тела телесные повреждения, я не знаю... У мужчины на плече была порвана его верхняя одежда – полупальто, брюки были перепачканы грязью.

У женщины... было порвано немного снизу платье. Оба супруга очень волновались за дочь, которая, по их словам, осталась на месте происшествия. У женщины от волнения было немного повышенное давление. Ей сделали укол для понижения давления... По существу, в больницу они были доставлены не по поводу получения каких-либо телесных повреждений, а для того, чтобы укрыться от бесчинствующей толпы...»

II. Участие Сатарова К.С., Мамедова Г.Г., Наджафова H.A., Ганджалыева Э.А., Исаева А.И., Григоряна Э.Р. в погроме квартиры семьи Маркарян по адресу: гор. Сумгаит, 3 микрорайон, дом 17/33«Б», кв.15; изнасилование Маркарян Н.Б., совершенное Сафаровым Н.С., Мамедовым Г.Г., Наджафовым H.A., Исаевым А.И., Григоряном Э.Р.; изнасилование Маркарян А.Б., совершенное Григоряном Э.Р3.

Продолжая действия, направленные на совершение преступлений против лиц армянской национальности, Сафаров Н.С., Мамедов Г.Г., Наджафов H.A., Ганджалыев Э.А., Исаев А.К., Григорян Э.Р. примкнули к направлявшейся в 3 микрорайон города группе хулиганствующих лиц, вооруженных металлическими трубами, прутьями, палками и другими предметами.

Около 18 час. Сафаров H.C., Мамедов Г.Г., Наджафов H.A., Ганджалыев Э.А., Исаев А.И., Григорян Э.Р. и другие лица с помощью металлических прутьев, топоров и других предметов взломали дверь квартиры №15 дома №17/33 «Б» в 3 микрорайоне, где проживала семья армянской национальности Маркарян, ворвались в квартиру и учинили погром, в ходе которого были разбиты стекла в окнах, повреждены и частично уничтожены мебель, посуда, одежда и другие предметы домашнего обихода. Часть имущества ими была выброшена во двор и сожжена.

Сопровождая свои действия насилием над жильцами квартиры, Сафаров H.H., Мамедов Г.Г., Наджафов H.A., Ганджалыев Э.А., Исаев, А.И., Григорян Э.Р. и другие участники погрома нанесли побои Маркарян А.К., Маркарян Б. А, Маркарян Нарине, Маркарян Анне. С Маркарян А. была сорвана одежда. После изнасилования ее вывели во двор и вновь избили.

В результате погрома квартиры семье Маркарян причинен материальный ущерб на сумму 24.68 рублей. Частичным разрушением квартиры государству нанесен материальный ущерб на сумму 192 руб. Кроме того, в ходе погрома квартиры семьи Маркарян группой лиц были изнасилованы Маркарян Нарине и Маркарян Анна. Ворвавшись в эту квартиру примерно около 18 час. и учинив погром, СафаровН.С., Мамедов Г.Г., Наджафов H.A., Ганджалыев Э.А., Исаев А.И., Григорян Э.Р. в числе других лиц, применяя физическое насилие, угрозы, используя беспомощное состояние Маркарян Н., наступившее в результате нанесенных ей побоев и неоднократно совершенных с ней половых актов, против ее воли, совершили с Маркарян Н. насильственные половые акты. Григорян Э.Р., кроме того, совершил насильственный половой акт и с Маркарян А.

Обвиняемый ИСАЕВ А.И. показал:

«Примерно в 17 часов я расстался с Ильгамом /Салмановым/, в 3 микрорайоне... встретил Наджафова, Григоряна и Гусейнова, встретили Сафарова Низами и вместе с ним несколько незнакомых мне ребят. Мы все подошли к дому...17/33 «Б», зашли в первый подъезд... Мы поднялись, по-моему, на пятый этаж и зашли в квартиру и увидели комнату, где находилось трое парней-азербайджанцев и одна девушка. В правом углу комнаты стоял диван, другой мебели я не помню. В углу стоял свернутый ковер. Из этой комнаты с правой стороны был вход в кухню, а прямо – еще в одну комнату, но я туда не проходил. Григорян Эдик начал насиловать эту девушку. Наджафов Надар подошел ко мне и сказал, что тоже хочет изнасиловать эту девушку, но ему неудобно это делать при Вагифе, поэтому он попросил меня, чтобы я вывел под каким-нибудь предлогом Вагифа на лестницу. Я предложил Вагифу выйти покурить, он согласился, и мы вышли с ним на лестничную площадку. Я стоял спиной к перилам и заглядывал в квартиру. Когда мы стояли и курили с Вагифом, я слышал, как Григорян Эдик сказал, что закончил половой акт. Затем я увидел, что Надир застегивает брюки и понял, что он уже изнасиловал девушку, поэтому мы с Вагифом бросили сигареты и зашли в квартиру. Когда мы вошли, то увидели, что девушку насилует Сафаров Низами. После него девушку еще изнасиловало 5–10 незнакомых мне парней, которые также вошли с нами в квартиру. Девушка лежала голая на диване на спине с раздвинутыми ногами, плакала и говорила: «Ребята, хватит, я больше не могу!» В другой комнате я также слышал женский голос и плач. Затем Григорян Эдик схватил меня за шубу за плечо и подтолкнул меня к девушке, сказав: «Иди теперь ты попробуй!» Я подошел к девушке и понял, что шуба будет мешать мне ее насиловать, поэтому я снял шубу и бросил ее рядом на диван, затем приспустил брюки, тренировочные брюки и трусы и ввел половой член во влагалище. Но так как передо мной ее насиловало много людей, у нее вокруг влагалища было мокро от спермы, мне стало неприятно, поэтому я сразу, не закончив полового акта, поднялся с нее и оделся. Когда я собирался насиловать девушку, она уже лежала на диване с закрытыми глазами и молчала. Пока я одевался, я видел, как часть людей, что была в квартире, пошла в другую комнату, откуда также раздавался женский голос. Я в ту комнату не заходил и что там происходило, я не видел. Я не видел, насиловал ли кто-либо еще после меня эту девушку. Затем я вышел из этой квартиры на улицу. Другие, незнакомые мне ребята, также вышли на улицу, но Низами, Надир, Вагиф, Эдик и другие лица из нашей группы еще находились в квартире, где насиловали девушку, но что они там еще делали, я не знаю. Вторую девушку в той квартире я не видел, а только слышал ее голос. Кто и что с ней делал, мне неизвестно...»

НАДЖАФОВ Н.А. дал подробные показания об обстоятельствах совершенных им преступлений.

«...28 февраля 1988 года примерно в начале 6-го часа вечера... я в составе группы участников массовых беспорядков, в которой из моих знакомых были Григорян Эдуард, Сафаров Низами и Исаев Афсар, поднялись в I подъезд дома на 5 этаж. Я поднимался не в числе первых, поэтому не могу сказать, кто именно ломал дверь квартиры, расположенной на лестничной площадке при подъеме направо. Войдя в прихожую... сразу же вошел в комнату слева, по-моему, это была гостиная комната, т.к. у стены справа от входа стояла мебельная стенка, далее за стенкой в углу на подставке с одной ножкой стоял телевизор. Так вот, войдя в эту комнату, я увидел в ней много людей, из знакомых мне здесь был только Исаев Афсар, он что-то искал в ящиках мебельной стенки, выдвигая их, рылся в них, выбрасывал вещи на пол, я также стал рыться в ящиках стенки, желая найти для себя какие-либо ценные вещи. При этом содержимое ящиков и сами ящики я бросал на пол, но ничего подходящего для себя не нашел и из этой комнаты прошел в другую, которая расположена прямо по ходу из прихожей. В этой комнате из мебели я запомнил лишь, что у противоположной от входа в комнату стены, стояли две соединенные друг с другом кровати, как бы образуя одну двухспальную. На этой кровати лежала обнаженная девушка и ее кто-то насиловал, но кто, я не помню... этот человек был мне незнаком и его приметы я не запомнил. В этой же комнате я увидел Григоряна Эдуарда и Сафарова Низами. Я спросил их, насиловали ли они эту девушку. Сафаров, отвечая за себя и Григоряна, сказал мне, что действительно они уже изнасиловали эту девушку, но сам я не видел этого. Они мне тоже предложили изнасиловать девушку, я ответил, что и сам хочу это сделать. В это время парень, который насиловал девушку, закончил половой акт, и я подошел к девушке, приспустил брюки... лег на девушку... и обычным способом совершил с ней половой акт примерно в течение 3-х минут. При этом она мне никакого сопротивления не оказывала, т.е. ее воля, видимо, была уже сломана, и я видел, что она уже до меня была кем-то избита. Когда я входил в квартиру, то из прихожей видел, что эту девушку за волосы держал Григорян Эдуард. Совершив половой акт, я встал с девушки, подтянул брюки и вышел из комнаты…»

Обвиняемый ГАНДЖАЛЫЕВ ЭЛЬЧИН АЛИ ОГЛЫ (…) показал, что после нападения на автомашину «Москвич», вместе с Сафаровым Н.С., Григоряном Э.Р., Наджафовым H.A., Исаевым А.И., Мамедовым Г.Г., Гусейновым В.Б. и другими пошел в 3 микрорайон.

«...От автомашины «Москвич» наша группа и присоединившаяся к ней толпа пошла в 3-й микрорайон. Я шел позади нашей группы. Мы пришли к дому 17/33«Б» и зашли в 1 подъезд. Следом за толпой я поднялся на 5 этаж. Те, кто шел впереди, взломали дверь квартиры, расположенную справа. В процессе следствия я узнал, что в этой квартире проживала семья армянской национальности Маркарян. Я зашел в эту квартиру, когда там уже находилась толпа. Я вошел в комнату, расположенную прямо по коридору, там уже было много парней (…) В смежной комнате я увидел у противоположной стены кровать. На кровати сидела незнакомая мне пожилая женщина. Правее, вдоль стены, с небольшим интервалом, стояли две девушки, ранее мне незнакомые. Внимания на них я не обращал и поэтому не запомнил. В этой же комнате я видел Сафарова и Григоряна. К тому времени толпа разошлась по всем комнатам. Все присутствующие ругали армян грубой нецензурной бранью, кричали, что надо их бить, насиловать, делать с ними то, что хочется. Мне было это неприятно, и я зашел в комнату, расположенную слева от прихожей (…) В комнате уже находились незнакомые мне парни, которые арматурами разбивали мебель. Охваченный общим порывом и возбуждением, я тоже подошел к стенке и, открыв стеклянные створки секции серванта, стал доставать хрустальные изделия и разбивать их, бросая на пол. Таким образом я разбил около четырех хрустальных ваз круглой формы и 6–7 хрустальных рюмок. Остальную посуду разбили другие парни. Больше я в этой квартире ничего не трогал. Ногами я раздавил осколки и в это время услышал женские крики: «Звери! Что вы делаете?!» Кто-то кричал и молил о пощаде. В ответ доносилась грубая нецензурная брань. От всего этого мне стало не по себе, и я решил выйти на улицу. Перед этим в комнату зашел Сафаров Низами, который арматурой стал разбивать мебельную стенку, стол и также наносил удары по другой мебели. В этой квартире я находился 10–15 минут и вышел на улицу».

т.23 л.д.327–329

Обвиняемый МАМЕДОВ ГАЛИБ НАДИРШАХ ОГЛЫ показал:

«От автовокзала мы пошли в 3 микрорайон, пришли к дому 17/33«Б». В этом доме мы зашли в первый подъезд, поднялись на 5 этаж и стали взламывать входную дверь в квартиру №15, расположенную справа. Дверь взламывали Сафаров Низами, Гусейнов Вагиф, Исаев Афсар, Наджафов Надир и я при помощи арматуры, но нам взломать дверь не удалось. Тогда Григорян при помощи топора взломал замок путем отжатия двери от дверной коробки. Я лично ударил примерно 4–5 раз арматурой по двери. Кроме нашей группы, на площадке перед квартирой №15 находилось много и других незнакомых мне участников массовых беспорядков... После взлома двери первыми в квартиру ворвались Сафаров Низами и Григорян Эдик, а за ними все остальные. Квартира была трехкомнатной и принадлежала, как я узнал, семье Маркарян. Ворвавшись в квартиру, я увидел, что в ней находятся две девушки – Нарине и Анна. У Анны был черный волос, а у Нарине немного светлее. Увидев девушек, Сафаров Низами насильно затащил Маркарян Нарине, как я помню, в правую справа комнату, разорвал на ней одежду, раздев ее догола. Затем повалил на пол и стал насиловать... После Сафарова Низами Маркарян Нару насиловали Гусейнов Вагиф, Наджафов Надир, Григорян Эдик, Исаев Афсар и другие неизвестные мне парни, которые находились помимо нашей группы в квартире Маркарян. Что касается меня лично, то я тоже насиловал Маркарян Нарине после Наджафова Надира на кровати в спальной комнате. Глядя, как Наджафов насилует Нарине, я возбудился... Когда Наджафов закончил половой акт, Нарине осталась лежать, закрыв лицо руками, она сильно плакала. Я лег на Нару и совершил половой акт... После меня Нару стал насиловать Григорян Эдик, как мне помнится... в извращенной форме... Я слышал, как в другой комнате громко плакала Анна и просила не трогать ее, но кто насиловал Анну, я не знаю, так как в комнату, где ее насиловали, я не заходил. (…) В квартире Маркарян находилось примерно до 40 человек. Все эти лица бегали по комнатам, громили что им попадалось на глаза, мешали друг другу, избивали жителей квартиры, что-то кричали. Через несколько минут после того, как толпа ворвалась в квартиру Маркарян, там было все перевернуто, перебито, переломано. За всем уследить было трудно, поэтому я не могу сейчас более подробно и последовательно описать то, что происходило в квартире».

Обвиняемый САФАРОВ НИЗАМИ СУМБАТ ОГЛЫ пояснил:

«...Отойдя от горевшего «Москвича», мы пошли в 3 микрорайон (…) С нами шли еще человек 15–20 незнакомых мне ребят. Где проживают армяне, мы не знали, но шли в поисках армян, поэтому кричали всем: «Где живут армяне?» Между кинотеатром “Космос” и домом №17/33 «Б» какой-то мужчина указал нам на тот дом и подъезд, сказал, что в подъезде живут армяне. О том, на каком этаже они живут, он нам не говорил. Все мы бросились в подъезд. Мы – это я, Мамедов, Гусейнов, Наджафов, Григорян, Исаев, Ганджалыев и другие. У меня в руках была арматура, которую я подобрал недалеко от книжного магазина. Григорян Эдик достал из-за пояса топор, Наджафов держал в руке нож. Остальные ребята, как мне помнится, несли арматуры. Когда мы с шумом вошли в подъезд, жители квартир на первом или на втором этаже открыли нам свои квартиры. Григорян и Исаев Афсар спросили у женщины, которая открыла дверь, где проживают армяне. Она сказала, что здесь армяне не живут, и зашла в квартиру. Исаев Афсар и Наджафов Надир предложили подняться на верхние этажи. Я, поднимаясь, разговаривал с Мамедовым Талибом. Говорил ему, если попадем в милицию, то следует говорить, что 28 февраля мы друг друга не видели. Я сейчас не могу вспомнить, почему ребята стали ломиться именно в дверь Маркарян. Как я сейчас припоминаю, квартира Маркарян расположена на 5 этаже справа. Я, пробиваясь вперед, видел, как взламывали дверь Наджафов, Григорян, Гусейнов Вагиф и еще какие-то ребята. Наджафов бил арматурой, а Григорян и Гусейнов Вагиф били по двери ногами. Дверь открылась, и мы ворвались в квартиру... Вбежавшие в квартиру тут же стали ломать мебель, бить посуду, забежали во все помещения в поисках чего-либо ценного. Мне трудно рассказать, кто и что делал от начала до конца, так как запомнить все было невозможно. В квартире было одновременно человек 30–40. Если, когда шли к дому, знакомые друг другу ребята держались вместе, то в самой квартире каждый был сам по себе и действовал самостоятельно. Все эти 30–40 человек носились по комнатам, друг другу мешали, толкали, во всех помещениях квартиры что-то ломали, разбивали, искали ценности, насиловали и били жителей квартиры. Все это происходило одновременно. Через 5 минут в квартире было уже все перевернуто. Пришедших в квартиру из любопытства и ничего не делавших в квартире не было. Каждый, находившийся там, или насиловал, или бил жильцов квартиры, или искал что-то ценное, при этом разбрасывая или разбивая то, что ему не надо. Таким образом, запомнить и рассказать все происходящее в квартире в какой-то последовательности невозможно. И я расскажу только то, что запомнил. И хотел бы сразу же оговориться, что какие-то детали обстановки я могу спутать с обстановкой в другой квартире /а их в этот день было много/, забыть какие-то моменты или вспомнить что-то новое. Квартира Маркарян состоит из 3 комнат (…) Когда ворвались в квартиру, я увидел, что в коридоре стоят женщина и мужчина. Возле дверей комнаты, что прямо по коридору, стояла Нарине, а за ней Анна. Их имена я узнал на следствии. Я видел, как Григорян Эдик ударил мужчину ногой в бок. Кто-то из незнакомых мне ребят ударил женщину рукой по голове. Я пробежал вперед мимо Нарине и Анны и забежал в смежную, спальную комнату. Туда же, в спальню забежал Мамедов Галиб... В спальне находились и незнакомые мне ребята, которые также искали чем поживиться. В спальне, на спинке одной из кроватей, я взял платье /а может и отрез/ с люрексом. Когда я вышел из спальни в комнату, увидел, что возле балконной двери Мамедов Галиб совершает половой акт с Нарине... Сестру Нарине – Анну насиловали там же, возле дверей смежной спальни. Нарине все время смотрела на Анну, кричала: «Мама, мама!»... Я не помню, где в это время была мать Нарине... Когда я подошел к Нарине с целью изнасилования ее, я взял ее за руку и заломил руку назад... и совершил половой акт в задний проход... Когда я закончил половой акт, передал Нарине кому-то из своих ребят – Наджафову или Исаеву... Конкретно по поводу моих действий и действий моих знакомых в этой квартире я могу пояснить следующее, не уточняя последовательности. В дальней спальной комнате, куда забежал сразу же при входе в квартиру, искал вещи в чемоданах, которые стояли на шифоньере. В самом шифоньере я нашел узелок и искал в нем вещи. В поисках вещей я то, ненужное мне, что попадалось в руки, отбрасывал в сторону... В гостиной комнате, куда я забежал, лежал сервант. Я поднял его и откинул назад и в это время из него посыпались и разбились хрустальные изделия, уцелевшие при первом падении серванта... На балконе, который выходит во двор, я какой-то вещью разбил стекло в одной из рам. Григорян Эдик в этой квартире ударил ногой в бок хозяина, изнасиловал Нарине и, если я не ошибаюсь, Анну, искал ценности, разбрасывая по сторонам ненужное. Ганджалыев Эльчин в гостиной разбивал изделия из хрусталя. Мамедов Галиб искал ценные вещи в дальней спальной комнате в одном из чемоданов, что были на шифоньере /чемоданов на шифоньере я видел в количестве двух штук/, разбрасывал ненужные вещи и изнасиловал Нарине... Исаев Афсар насиловал Нарине в гостиной. На кухне он разбивал стекло духовки газовой плиты, разбрасывал ручки газовой плиты. Наджафов Надир изнасиловал Нарине. Затем переворачивал в той комнате, где мы насиловали Нарине, кровать, стоявшую ближе к балкону. С кровати упали постельные принадлежности, и сетка кровати соскочила с места... Половые акты совершались быстро, в течение 3–5 минут, и тут же сестры передавались другим... Какие-то ребята взяли кухонный набор. Кто-то из ребят, по-моему, это был Григорян, предложил уйти, и мы вышли из квартиры. Когда мы уходили, Нарине и Анну продолжали насиловать незнакомые мне ребята. Что было с их матерью, я не помню. В квартире мы были, как мне показалось минут 45...»

Свидетель АГАЕВ И.М показал:

«...28 февраля 1988 года утром по делам ездил в Баку, вернулся в Сумгаит на рейсовом автобусе, примерно в промежутке между 16–19 часами. В городе происходили массовые беспорядки, так как по городу ходили толпы людей, на улице у магазина «Спутник» издалека я увидел большой костер, горела, кажется машина, разглядеть было невозможно. Автобус при въезде в город остановила толпа людей, разбили в салоне несколько стекол, у водителя спрашивали есть ли в салоне автобуса армяне. От переезда я пошел пешком и когда проходил мимо 3 микрорайона, то увидел там большую толпу людей, а там в доме №17/33 «Б» жила моя знакомая Маркарян Нарине и я, боясь за ее судьбу, решил сходить к ней. Когда подошел к их дому, то у их подъезда увидел большую толпу людей азербайджанской национальности, они кого-то били, но кого, не было видно, т.к. этот человек находился в середине толпы. Я сразу же поднялся на 5 этаж дома и вошел в квартиру Маркарян – дверь была открыта. В квартире находилось примерно 20–25 человек, все рылись в вещах, в мебели, в квартире было все поломано и разбросано. Я прошел в комнату, расположенную прямо по коридору, в этой комнате у выхода на балкон стояло человек 10–15 незнакомых мне парней, что они делали, я не заметил и за их телами невозможно было увидеть, что происходит на балконе. Из этой комнаты я прошел в смежную комнату и увидел там, что трое или четверо незнакомых мне парней вытащили из-под кровати Марину Маркарян и русскую девушку. Марина представилась азербайджанкой и их не тронули. Тогда я помог им одеться и вывел из квартиры, хотел вывести их на улицу, но в это время в подъезд зашла большая толпа людей и стала подниматься наверх, видимо, в квартиру Маркарян, тогда я стал стучать в одну из квартир на 3 или 4 этаже, точно не помню. Дверь открыла женщина, я ввел девушек в эту квартиру и попросил хозяйку приютить на время девушек. Через некоторое время я вышел на улицу и прямо у подъезда увидел на земле Анну, она была без сознания, вся избита, обнажена. Я поднял ее и понес в подъезд, где Анна пришла в себя... Я поставил ее на ноги и, помогая ей идти, завел ее в одну из квартир, на каком этаже не помню. Сам же спустился во двор и некоторое время находился во дворе, курил. Затем я поднялся в ту квартиру, где оставил Анну, там уже находились ее родители и сестра Марина... Нарине не было и ее мать стала меня просить найти ее, но в это время пришла и Нарине, она также была избита...»

Свидетель КАСУМОВ С.Т. показал:

«...28 февраля 1988 года, примерно в 17 час.30 мин я находился в своей квартире, услышал шум на лестничной площадке. /Я живу на 3 этаже./ Я вышел на лестничную площадку и увидел, что с 4 этажа спускаются Маркарян Б. и его жена. У них обоих лица были в крови. В каком состоянии была у них одежда, я не обратил внимания. Оба плакали, сказали, что их избили и попросили, чтобы я их спрятал. Я их завел в свою комнату и спрятал в спальной комнате. Примерно через полчаса или час ко мне в дверь вновь кто-то постучал. Я открыл дверь, в дверях стояла младшая дочь Маркарян... Я ее впустил в квартиру, она мне стала рассказывать, что погромщики приняли ее за азербайджанку и, не тронув ее, отпустили. После этого я вышел на улицу и стоял возле подъезда... Потом я поднялся наверх и зашел в свою квартиру. В нашей квартире, кроме супругов Маркарянов и младшей дочери, находилась еще одна их дочь. Как ее зовут, я не знаю. Как она заходила к нам в квартиру, я не видел. Когда я пришел домой, жены еще не было. Потом, примерно через полчаса, я вышел из квартиры посмотреть, что происходит на улице. На лестничной клетке между вторым и третьим этажом увидел еще одну дочь Маркарянов: она поднималась наверх, была полностью раздета и вся избита. У нее было сильно избито лицо, шла кровь. Тело у нее тоже было избито, но какие повреждения у нее были, я не могу сказать, потому что я стеснялся на нее смотреть. Я завел ее в квартиру, дал ей платье жены. Ее одели, и ее родственники стали ей оказывать помощь. Потом уже пришла жена. Когда в квартиру Маркарян заходили погромщики, я не видел, находился дома, и слышал, как по подъезду бегали люди…»

III. Участие Сафарова Н.С., Мамедова Г.Г. в открытом похищении личного имущества семьи Авакян по адресу: г. Сумгаит, 3 микрорайон, дом 6/2«А», кв.21

Обвиняемый САФАРОВ НИЗАМИ СУМБАТ ОГЛЫ показал следующее:

«...я услышал крик... зашел в квартиру №21. Дверь была открыта. В комнате, что прямо по коридору, я увидел наших ребят. Там же была женщина. Как я узнал на следствии, фамилия ее Авакян Феня. Ранее я эту женщину видел: она работала в каком-то магазине. Авакян была полуобнаженной. Я сейчас не помню, что было на ней одето. Я увидел, что Гусейнов Вагиф срывал с нее бюстгальтер, что-то из бюстгальтера выпало. Он поднял и положил в карман. Это был маленький узелочек. На следствии я узнал, что Мамедов Галиб дает показания, что бюстгальтер срывал он. Может быть, что Мамедов Галиб также взял какие-либо ценности, спрятанные в бюстгальтере, но я видел, как Гусейнов Вагиф также взял узелочек, который выпал из бюстгальтера Авакян... Я вошел в комнату слева и стал искать там вещи. Мамедов Талиб также зашел в эту комнату и искал ценности. Я взял костюм, сорочку. Некоторые вещи, которые мне попадались, я отбрасывал в сторону. Потом я вышел из комнаты и увидел, что пришла какая-то женщина азербайджанской национальности и увела Авакян... Затем мы вышли из квартиры. Там еще оставались незнакомые мне ребята…»

Обвиняемый МАМЕДОВ ГАЛИБ ГАДИР ГАДИРШАХ ОГЛЫ показал, что 28 февраля 1988 года после погрома квартиры Маркарян он, Сафаров Н.С., Григорян Э.Р., Гусейнов В. В. и другие пошли к дому №6/2«А» 3 микрорайона, вошли во второй подъезд... поднялись на второй этаж и зашли в квартиру №21. О дальнейших действиях в этой квартире обвиняемый пояснил: «... Дверь в эту квартиру была сломана. Судя по беспорядку в квартире и разбитой мебели, там уже до нашего прихода был учинен погром. Кто громил квартиру до нас, я не знаю. На следствии я узнал, что в квартире №21 проживала семья Авакян. В эту квартиру заходили я, Сафаров Низами, Гусейнов Вагиф... Когда вошли в квартиру №21, там находилась Авакян Феня. Одета она была в юбку и вязаную кофту без рукавов, застегивающуюся на пуговицы. К Авакян Фене подошел... Сафаров и стал срывать с нее одежду. Я тоже подошел к Фене и рукой схватил ее за грудь, почувствовал что-то твердое в руке, тогда я с силой дернул руку на себя, разорвав Фене бюстгальтер. За бюстгальтером у Фени были какие-то предметы, завернутые в белый кусок материи, похожей на носовой платок. Этот сверток я забрал себе и после этого вышел на улицу, где стал дожидаться, когда все остальные также выйдут на улицу. Ничего в квартире Фени я не ломал и не переворачивал. В свертке, который я забрал у Фени, помню, находились два золотых кольца, две золотые цепочки, одни золотые часы женские, одни простые часы, золотой перстень с красным камнем, серьги золотые с красными камнями. Были там и другие золотые вещи, но какие именно, я уже не помню. В золотых украшениях женщин я плохо разбираюсь, поэтому при перечислении я их называю по-своему... Взяв сверток у Фени с золотыми изделиями, я сразу вышел из квартиры на улицу...»

Свидетель МАГАРАМОВА САМАНГЮЛЬ АЛИ КЫЗЫ подтвердила показания потерпевшей: «...28 февраля 1988 года был выходной день, я находилась дома. Где-то в 18 часов я услышала шум, крики во дворе нашего дома и в подъезде, я выглянула и увидела большую толпу людей. Находясь в квартире, старшая дочь сказала мне, что ниже этажом кричит о помощи тетя Феня. Я, приоткрыв на кухне окно, увидела, что во дворе дома избивают мужа Фени, он лежал на земле, избиение происходило недалеко от подъезда в 5–6 метрах... После этого я спустилась в квартиру Фени, она проживала этажом ниже, в 21 квартире. Когда я зашла в квартиру, то увидела сидящую на корточках Феню, истекающую кровью. Феня находилась у выхода из квартиры... у порога, в окружении 5–6 молодых ребят. Она была совершенно голая. Я тут же подошла к ней, сняв с головы платок, бросила к избивающим Феню молодым людям под ноги. Они отошли от Фени в сторону, я нашла в комнате спортивные брюки, рубашку, одела в эту одежду Феню и повела ее на выход из квартиры... Мы поднялись вместе с Феней в мою квартиру, я положила ее на кровать, накрыла одеялом... Затем я отвела Феню в соседнюю квартиру к Гасановым...»

IV. Участие Сафарова Н.С., Мамедова Г.Г., Наджафова H.A., Гусейнова В.В., Ганджалыева Э.А., Исаева А.И., Григоряна Э.Р. в погроме квартиры семьи Григорян по адресу: гор. Сумгаит, 3 микрорайон, дом 5/2, кв.45

Примерно в 19 часов 28 февраля 1988 года Сафаров Н.С., Мамедов Г.Г., Гусейнов В.В., Наджафов H.A., Исаев А.И., Ганджалыев Э.А., Григорян Э.Р. и другие лица ворвались в уже погромленную другими участниками беспорядков квартиру №45 дома №5/2 3 микрорайона города., где проживала семья армянской национальности Григорян. Обнаружив в спальной комнате под кроватью спрятавшуюся от расправы Григорян Эмму Шириновну, Сафаров Н.С., Мамедов Г.Г., Гусейнов В.В., Ганджалыев Э.А., Исаев А.И., Григорян Э.Р., Наджафов Э.А. извлекли ее из-под кровати, нанесли побои. Затем Сафаров Н.С., Наджафов К.А., Исаев А,И., Григорян Э.Р. и другие с целью изнасилования разорвали на ней одежду, после чего, применяя к потерпевшей физическое насилие и угрозы, совершили с ней против ее воли насильственные половые акты. Во время совершения насильственных половых актов Сафаров Н.С., Исаев А.И., Наджафов H.A., Григорян Э.Р. и другие, оказывая друг другу содействие в изнасиловании, удерживали ноги и руки потерпевшей, наносили ей побои, подавляя тем самым ее сопротивление. После нанесения Сафаровым Н.С., Гусейновым В.В., Наджафовым H.A., Исаевым А.И., Григоряном Э.Р. и другими участниками массовых беспорядков побоев потерпевшей Григорян Э.Ш., а также совершения с ней насильственных половых актов, Сафаров Н.С., Гусейнов В.В., Наджафов H.A., Исаев А.И., Григорян Э.Р. и другие лица из хулиганских побуждений, а также с целью сокрытия совершенных преступлений договорились совершить убийство Григорян Эммы Шириновны с причинением последней особых страданий и мучений. Осуществляя преступные намерения, Сатаров Н.С., Гусейнов В.В., Наджафов H.A., Исаев А.И., Григорян Э.Р. и другие, нанося удары потерпевшей по различным частям тела, вывели ее во двор дома №5/2 где, продолжая издевательства, заставляли ее танцевать, прижигали различные участки тела, в том числе и половые органы, горящими сигаретами, наносили удары ногами, руками и различными приметами по особенно чувствительным к боли частям тела /в пах, живот, грудь, поясницу, голову/, сознавая, что причиняют этим потерпевшей мучения и страдания.

Затем Сафаров Н.С., Гусейнов В.В., Наджафов H.A., Исаев А.И., Григорян Э.Р. и другие повалили потерпевшую на землю и, удерживая в положении на спине, развели ей ноги. По предложению Сафарова Н.С., Исаева А.И., Григоряна Э.Р. Наджафов H.A. принес обрезок металлической трубы и передал его Гусейнову В.В., который, сознавая, что своими действиями причиняет особые мучения потерпевшей, с целью умышленного убийства, из хулиганских побуждений, ввел конец трубы во влагалище Григорян Э.Ш. Сафаров Н.С., Исаев А.И., Григорян Э.Р. и другие тем временем, сознавая опасность действий Гусейнова В.B. для жизни потерпевшей, а также то, что Гусейнов В.В. своими действиями причиняет потерпевшей особые мучения и страдания, продолжали удерживать Григорян Э.Ш. за ноги и за руки. От крика потерпевшей, вызванного острой болью, Сафаров Н.С., Исаев А.И., Григорян Э.Р. и другие отпустили ее.

Поднявшись с земли, потерпевшая Григорян Э.Ш. пыталась убежать, однако около соседнего дома №6/2«А» была настигнута Сафаровым Н.С., Гусейновым В.В., Наджафовым H.A., Исаевым А.И., Григоряном Э.Р. и другими. Сафаров Н.С. с целью умышленного убийства, сзади, в прыжке, нанес Григорян Э.Ш. сильный удар ногой по спине, от которого вследствие перегибания позвоночного столба в нижне-грудном отделе произошел перелом грудного позвонка потерпевшей с повреждением спинного мозга, сопровождающийся обширным кровоизлиянием в околопочечную жировую клетчатку. После нанесенного Сафаровым Н.С. удара и падения на землю Григорян Э.Ш., Сафаров Н.С., Гусейнов В.В., Наджафов H.A., Исаев А.И., Григорян Э.Р. вновь начали избивать потерпевшую, нанося удары ногами и различными предметами по голове и другим участкам тела, причиняя тем самым ей особые мучения и страдания. Нанесенными Сафаровым Н.С., Гусейновым В.В., Наджафовым H.A., Исаевым А.И., Григоряном Э.Р. и другими ударами потерпевшей причинены множественные переломы ребер справа, ушибленные раны головы, ссадины, кровоподтеки.

Затем Сафаров Н.С., Наджафов H. A., Исаев А.И., Григорян Э.Р. и другие, вновь удерживая на земле потерпевшую, раздвинули ей ноги, а Гусейнов В.В., сознавая, что причиняет ей особые мучения и страдания, вторично ввел во влагалище Григорян Э.Ш. обрезок металлической трубы, причинив своими действиями потерпевшей разрыв влагалища, проникающий в брюшную полость с повреждением брыжейки тонкого кишечника. От совокупности причиненных Сафаровым Н.С., Гусейновым В.В., Наджафовым H.A., Исаевым А.И., Григоряном Э.Р. и другими повреждений, приведших к травматическому шоку, Григорян Э.Ш. 29 февраля 1988 года скончалась.

В этот же вечер, 28 февраля 1988 года, в ходе проникновения в квартиру семьи Григорян, Сафаров Н. С., нанес побои потерпевшей Григорян Э.Ш. и, действуя самостоятельно, в присутствии других участников беспорядков повторно открыто похитил из квартиры полотенце стоимостью 2 руб.10 коп.

Обвиняемый ИСАЕВ А.И. показал следующее:

«...примерно в 19 часов, напротив дома 5/2 в толпе я встретил Наджафова Надира, Сафарова Низами, Гусейнова Вагифа. В разговоре со мной Наджафов предложил пойти по квартирам лиц армянской национальности с целью поиска денег и ценностей, сказав, что если в этих квартирах найдут что-либо ценное, то поделятся и со мной. Я, соблазнившись этим, согласился. Некоторое время спустя толпа пошла ко второму подъезду дома 5/2 3 микрорайона, я пошел следом за толпой. Я видел, что впереди меня в подъезд вошли Наджафов, Сафаров, Гусейнов и другие, незнакомые мне лица. Мы поднялись на 4 этаж и зашли в квартиру №45, расположенную с левой стороны лестничной площадки. Войдя в квартиру, увидел, что квартира уже погромлена. Из той комнаты, где я находился /об этом я уже давал подробные показания на предыдущих допросах и в ходе проверки моих показаний на месте/, я услышал голос Сафарова, что он якобы кого-то нашел. Я зашел в соседнюю комнату и увидел, что Сафаров Низами вытаскивает за волосы из-под кровати какую-то женщину, которая оказывала ему сопротивление – отталкивала его, кричала. Сафаров повалил ее на пол, а Наджафов крикнул мне, чтобы я держал ее за руки... Я думал, что Сафаров будет искать в одежде женщины деньги и ценности. Поэтому я взял женщину за руки, стоя у нее за головой. Когда я держал ее за руки, увидел, что Сафаров, наклонившись над ней, стал расстегивать брюки. Поняв, что Сафаров хочет изнасиловать женщину, я отпустил ее руки и стал говорить всем: «Что вы хотите сделать с этой старой женщиной?» Наджафов Надир ответил на это: «Какая она старая – ей можно дать 15 лет и делать все, что угодно». Увидев, что женщину стали избивать окружающие ее лица, не выдержав этого, я вышел на улицу и стоял – в толпе, где разговаривал с одной знакомой мне женщиной, работающей на нашем заводе. Некоторое время спустя я ушел от дома 5/2.

Обвиняемый НАДЖАФОВ НАДИР АХМЕДХАН ОГЛЫ показал:

«...Примерно в 19 часов я вместе с Сафаровым, Низами, Григоряном Эдиком, Исаевым Афсаром и другими неизвестными мне ребятами, пришел к дому 5/2 3 микрорайона. Там Сафаров, Григорян, Исаев в группе других лиц поднялись в квартиру №45 указанного выше дома, где проживала Григорян Эмма. За ними в квартиру №45 дома 5/2 зашел я. В спальной комнате указанной квартиры под кроватью Сафаров Низами обнаружил спрятавшуюся там Григорян Эмму и вытащил ее оттуда. После этого, как я уже показывал ранее, Григорян Эдик, Сафаров Низами, Исаев Афсар и другие начали избивать Григорян Эмму руками и ногами, раздели ее догола. Изнасиловал ли кто-либо из наших ребят или других неизвестных мне лиц Григорян Эмму, я не видел. Я Григорян Эмму из-под кровати не вытаскивал, не помогал кому-либо в этом, одежду на ней не рвал, побоев ей руками и ногами не наносил, ее не насиловал, обнаженную из квартиры не выводил, танцевать не принуждал, ее тело горящими сигаретами не прижигал. Григорян Эмму, голую, предложил вывести из квартиры на улицу Григорян Эдик. Когда Эмму выводили из подъезда, Сафаров Низами в прыжке ударил ее по спине ногой. Она упала и больше не смогла подняться. Эмму поволокли немного подальше от подъезда, бросили на землю, стали избивать ногами по разным частям тела. Кроме других, Григорян Эмму ногами били Сафаров Низами, Исаев Афсар и Эдик Григорян. Григорян Эдик предложил ввести Григорян Эмме во влагалище металлическую трубу. Обрезок трубы принес Исаев Афсар и сам же ввел во влагалище Григорян Эммы, после того, как Сафаров и Григорян раздвинули ей ноги, о чем я также ранее показывал. От боли Григорян Эмма закричала. Исаев бросил трубу на землю. Толпа, собравшаяся вокруг Сафарова, Григоряна, Исаева и Эммы, стала расходиться. То, что Григорян Эдик, Сафаров Низами и Исаев Афсар, вместо погромов и грабежей, перешли на убийства, меня не устраивало. Я убивать людей не хотел. Поэтому я решил отойти от них, что я и сделал. Таким образом, я признаю, что 28 февраля 1988 года вместе с Сафаровым Низами, Григоряном Эдиком, Исаевым Афсаром и другими проникал в квартиру семьи Григорян, однако, в указанной квартире в погроме не участвовал, Григорян Эмму не избивал и не издевался над нею, ее не насиловал и в ее убийстве участия не принимал, ее смерти не желал…»

Обвиняемый ГАНДЖАЛЫЕВ ЭЛЬЧИН АЛИ ОГЛЫ показал:

«…От дома 6/2«А» вся наша группа и присоединившиеся к ней незнакомые мне парни пошли к дому 5/2 с целью расправы над армянами. Это я понял, судя по их выкрикам, разговорам в адрес армянской нации. Сам я ничего не выкрикивал, а охваченный общим порывом, шел с группой, но держался позади их. Когда мы, направляемые Григоряном, в руках которого постоянно был топор, зашли во второй подъезд от правого угла дома со стороны подъездов, то поднялись на 4 этаж. Я шел за группой и следом за ними зашел в квартиру слева на 4 этаже. В квартире уже находились люди, оттуда доносились крики, звон битого стекла. Когда я зашел в квартиру, то вся мебель была уже разломана, в комнатах был хаос, все было разбросано и перевернуто. Как я понял, погром был учинен в квартире еще до прихода нашей группы, так как, судя по погромленным вещам, наша группа не успела бы сделать этого. Когда я вошел в квартиру, то из прихожей увидел, что налево ведет вход в кухню. Левее меня была ванная комната, а справа вход в одну из комнат. Если проходить из прихожей в кухню, то справа будет еще одна комната. Эта комната совмещена с другой комнатой, окна которой выходят на больницу. Описание и схему квартиры я составлял на предыдущих допросах. Сначала я вошел в комнату, расположенную справа от прихожей. Там уже находились незнакомые мне ребята. Определить, как в комнате располагалась мебель, было невозможно, так как все было разбросано, раскидано, перевернуто. По-моему, в этой комнате на полу лежал разбитый книжный шкаф или сервант. В этой комнате находился балкон, выходящий на больницу. В то время я услышал крик Сафарова, что он кого-то нашел, а затем из той же комнаты раздался женский крик. После этого из комнаты стали доноситься удары и возгласы, призывающие бить армянку. Из любопытства я решил посмотреть, что там происходит, и по коридору, ведущему из прихожей в кухню, пошел в комнату направо. Это была жилая комната с окном, выходящим во двор, я из нее прошел в комнату, откуда доносились крики. Комнаты совмещались между собой через проход. В комнате я увидел много людей, человек 15–20. Среди них были Сафаров Низами, Мамедов Галиб, Григорян Эдуард, Наджафов Надир, Гусейнов Вагиф. В комнате, справа у стены я увидел кровать, которая стояла, по-моему, на боку. Почти посередине комнаты, на полу я увидел пожилую армянку, которую все присутствующие били ногами. Одежды на женщине почти не было, одни обрывки. Я видел, как ее били Сафаров Низами, Григорян Эдуард, но били и остальные. Мне было неприятно наблюдать избиение, и я вышел на улицу. Сам я лично никаких насильственных действий в отношении пожилой армянки не предпринимал. Впоследствии, в процессе расследования дела, я узнал, что ее фамилия Григорян Эмма.

Спустя примерно минут пять-десять, я услышал в подъезде шум и топот, увидел, как Григорян Эмму вытащили на улицу из подъезда. Среди вытаскивающих ее были Григорян Эдик, Сафаров Низами, Гусейнов Вагиф, Мамедов Галиб и другие. Когда ее бросили на землю, то я докурил сигарету и бросил ее на груди или в лицо Григорян Эмме. Сигаретой я Григорян Эмме тело не прижигал. Женщину в это время окружила толпа, которая издевалась над ней. Ее заставляли танцевать, подбадривали криками. Затем ее начали избивать. Я стоял в стороне и участия в избиении не принимал. Кто именно избивал женщину, я не видел, так как толпа была большая, ко мне все стояли спиной. Затем я услышал, как кто-то крикнул, что Григорян Эмме надо ввести во влагалище трубу.

Но было это сказано в грубой, неприличной форме. После этого кого-то подбадривали криками: «Давай, давай, суй, суй!» По крику Григорян Эммы и по возгласам толпы я понял, что ей ввели трубу во влагалище. От этого мне сделалось плохо, и я от толпы отошел. Тут я и увидел в руках у Сафарова матерчатый сверток (...) В это время кто-то крикнул, что идут солдаты. Все испугались и разбежались в разные стороны».

Обвиняемый САФАРОВ НИЗАМИ СУМБАТ ОГЛЫ пояснил:

«...Возле подъезда Авакян Фени вновь собрались я, Григорян Эдик, Наджафов Надир, Гусейнов Вагиф, Мамедов Галиб, Ганджалыев Эльчин, Исаев Афсар. Подойдя к первому подъезду дома 6/2«А», мы увидели, что к дому 5/2 идет толпа. Кто-то из наших ребят предложил также пойти в дом 5/2, и мы пошли. Я уже не помню, почему мы зашли в третий подъезд. Может быть потому, что увидели на верхних этажах разбитые стекла окон. Мы стали подниматься по лестнице и увидели, что на четвертом этаже слева дверь в квартиру отсутствует. Мы зашли в эту квартиру (...) В этой квартире до нашего прихода было уже все разрушено и разбито. Войдя в квартиру, мы разбрелись по комнатам. Я находился в гостиной, когда из смежной комнаты с гостиной раздался женский крик. Я зашел в эту комнату и увидел, что Гусейнов Вагиф вытаскивает за волосы из-под кровати женщину. Женщине было примерно 50–55 лет. Тут же ребята стали срывать с нее одежду. Кто именно срывал, я уже не помню. В квартире, кроме наших ребят, были и незнакомые мне ребята. Кто-то предложил изнасиловать ее. Все подхватили эту идею. Кровать, под которой нашли Григорян Эмму /ее имя я узнал на следствии/, находилась справа у стены. Я не помню, были ли на кровати какие-либо постельные принадлежности, но я помню, что взял то ли простынь, то ли пододеяльник и постелил на кровать. Одна ножка кровати была сломана. Наджафов набил чемодан, который там нашел, тряпками и подставил чемодан под кровать, в том месте, где ножка кровати была сломана... В это время все наши ребята находились в этой комнате. Затрудняюсь сказать, в какой очередности насиловали Григорян Эмму, но изнасиловали ее Гусейнов Вагиф, я, Григорян Эдик, Наджафов Надир, Мамедов Галиб, Исаев Афсар, Ганджалыев Эльчин и другие. Пока они насиловали потерпевшую, я ходил по квартире, и искал что-либо ценное в разбросанных вещах, отбрасывая в сторону ненужные. В этой квартире я взял себе чайное полотенце... Потом Гусейнов Вагиф сказал, что надо ее убить, так как если она останется живой, то она нас опознает. Гусейнов Вагиф предложил Наджафову засунуть ей во влагалище арматуру, и Наджафов сказал, что сейчас принесет. Почему решили убить ее, засунув ей во влагалище арматуру, я не знаю. Возражений не было. В это время ее насиловал какой-то парень. Гусейнов Вагиф поднял этого парня за воротник, хотя тот говорил, что половой акт еще не закончил. Наджафов откуда-то принес арматуру длиной около одного метра, чтобы засунуть Григорян Эмме во влагалище. Потом кто-то предложил вынести Эмму вниз, почему решили сделать так, я сказать не могу. Может быть потому, что на ее крик мог прийти кто-то из соседей. Я передал полотенце, которое было у меня, кому-то из наших ребят, затем взял Эмму за руки. Гусейнов взял за одну ногу, а Наджафов Надир за другую ногу, и мы понесли ее вниз. Гусейнов Вагиф нес и арматуру. В подъезде на первом этаже мы положили Эмму на пол. Я стал держать руки Эммы, Наджафов Надир держать левую ногу, а Гусейнов Вагиф левой рукой прижимал правую ногу Эммы, а правой рукой стал засовывать арматуру во влагалище Эммы. Эмма стала кричать, вырываться. Остальные ребята стояли тут же... Затем мы решили отнести Эмму к дому 6/2«А», так как кто-то сказал, что трупы надо собирать в одно место, чтобы скорой помощи было удобно их вывозить. Мы тем же составом подняли Эмму. Когда мы выносили Эмму из подъезда, арматура из влагалища выпала, и мы положили Эмму на одну из двух скамеек, которые стояли возле подъезда. Я сказал Григоряну Эдику, что у меня болит рука и попросил его помочь мне. Эдик отдал мне сверток, который был у него в руке, и сам взял Эмму за руку. Гусейнов Вагиф и Наджафов Надир взяли Эмму за ноги, и они втроем понесли ее к дому 6/2«А». Когда несли, Эмма сказала, что сама пойдет, ее отпустили. Эмма пошла быстро. Кто-то из толпы сказал, что она может убежать. Тогда Григорян Эдик, Гусейнов Вагиф, Наджафов повалили ее снова на землю, Григорян Эдик взял ее за руки, Гусейнов Вагиф и Наджафов – за ноги и понесли к дому 6/2«А». Возле первого подъезда этого дома они положили Эмму на песок. Григорян Эдик держал руки Эммы, Наджафов держал левую ногу, а Гусейнов Вагиф левой рукой держал правую ногу Эммы, взял арматуру в правую руку длинным концом вниз и резко засунул во влагалище до упора. Я увидел, как при этом глаза Эммы трижды закатывались. Кто еще, кроме Гусейнова, Григоряна и Наджафова держал Эмму за ноги и за руки при введении арматуры во влагалище, не помню. Я запомнил только этих лиц. В это время кто-то закричал «полундра», и мы разбежались в разные стороны. Разговор о том, что Эмму надо убить, чтобы она потом нас не опознала, происходил при ней и она слышала этот разговор и знала, зачем пошли за арматурой. Услышав об этом, она как бы лишилась разума. Мне трудно описать ее состояние, но мне кажется, что она уже от услышанного была парализована и не могла даже плакать. Это ее состояние видели и другие ребята, каждый из нас понимал, что введение арматуры во влагалище причинит Эмме мучение. И Гусейнов Вагиф, и Наджафов Надир желали, чтобы смерть Григорян Эммы была мучительной. Когда Эмме засунули во влагалище арматуру, я увидел, что ее глаза трижды закатились. Убегая, я был уверен, что она умерла...»

Из показаний обвиняемого ГУСЕЙНОВА ВАГИФА ВАХАБАЛИ ОГЛЫ:

«…В это время Исаев Афсар второй раз призвал ребят убить Григорян Эмму. В это время я находился рядом с Эммой, которая валялась на земле. С Исаевым я согласен не был, Григорян Эмму я убивать не хотел. Однако, ввиду того, что я находился рядом с ними, в изнасиловании участия не принимал, Сафаров и Исаев предложили, чтобы во влагалище Григорян Эммы трубу ввел именно я, а не Григорян Эдик, собиравшийся сделать это сам. Окружившая Григорян Эмму и нас толпа стала требовать, чтобы я скорее осуществил это решение. Григорян Эдик поднял над моей головой свой топор и стал торопить меня. Афсар и другие тоже стали меня уговаривать. Я понял, что от меня не отстанут, а если я не сделаю то, что требуют, разъяренная толпа со мной может поступить плохо».

Из показаний обвиняемого МАМЕДОВА ГАЛИБА ГАДИРШАХ ОГЛЫ:

«… когда все закончили насиловать Эмму, ее голую вывели на улицу. У подъезда Эмму положили на лавочку, что справа от входа в подъезд и, продолжая издевательства, стали сигаретами и спичками прижигать потерпевшей груди, живот, половые органы и при этом продолжали избивать. Григорян Эдик и Наджафов Надир прижигали половые органы, Сафаров Низами, Исаев Афсар – грудь. Кроме названных мною лиц, аналогичным образом издевались над Эммой и другие незнакомые мне лица, участники массовых беспорядков. Хочу сказать, что в издевательствах принимали участие все без исключения лица, которые заходили в квартиру Эммы. После указанных издевательств Гусейнов Вагиф поднял за руки Эмму со скамейки и поставил на ноги. Затем Григорян Эдик заставил женщину танцевать. По ней было видно, что она к этому времени потеряла рассудок. Все наши команды Эмма выполняла беспрекословно. Вся наша толпа окружила обезумевшую женщину, и она под наш смех и хлопанье в ладоши, танцуя, стала продвигаться к палатке, расположенной между тыльной стороной дома 6/2«А» и домом 5/2».

Свидетель ГАЗАЛОВ ЭЙЮБ ХАНМАМЕД ОГЛЫ:

«...На четвертом этаже, куда я поднялся, я заметил, как примерно 15–20 человек проламывают дверь на лестничной площадке справа. ...Я спустился на второй этаж. Пробыл недолго и опять решил подняться на четвертый этаж... Когда я поднялся на четвертый этаж, справа входные двери квартиры были сломаны. Слева дверь также была разбита, но там возле дверей были выложены домашние вещи, что препятствовало входу в квартиру. В числе других людей я также пробрался в комнату. Здесь я видел лишь молодого парня, которого я, как мог, пытался успокоить. Он сказал, что в спальной комнате находятся дети и молодые женщины. Я стал возле дверей спальни. Из толпы начали бить и ломать вещи в комнате. Пробивались и в спальную комнату. Наконец, им удалось сломать дверь. Там я увидел двух молодых женщин, у которых на руках были дети... Я стал напротив женщин и заслонил их собой. Когда толпа перешла в другу комнату и стала грабить и разбивать имущество, я воспользовался этим и вывел их на площадку. Я хотел спустить их вниз на второй этаж, где пряталась другая семья армян.

В это время я увидел, как снизу идет другая толпа людей, вооруженных металлическими трубами, арматурами и палками. Я быстро вывел их тогда на площадку пятого этажа. Они нас заметили. Кто-то крикнул: «Они армяне!» Я на азербайджанском языке ответил им, что они перепутали, мы азербайджанцы. Очевидно, они мне поверили, так как не стали нас останавливать. После того, как они зашли в квартиру слева по лестничной площадке, я вывел эту семью в ту квартиру на второй этаж...»

Свидетель ШАХМУРАДОВ А.К.:

«...28 февраля 1988 года я вместе со своей семьей находился у себя дома. Около 18 часов я услышал во дворе крики: «Долой армян!» Выглянув в окно, я увидел, как во двор нашего дома пришла толпа мужчин, все мужчины были молодые... толпа бесчинствующих ворвалась в наш подъезд, вскоре я услышал на площадке 4 этажа крики: «Ура!», «Вперед!» и сильные удары, я понял, что взламывают двери на 4 этаже нашего подъезда…»

Далее свидетель Шахмурадов А.К. пояснил, что через некоторое время увидел в окно, как во двор вывели Григоряна Черкеза и стали его избивать. Это было между 18 и 19 часами. Еще через некоторое время он увидел, что толпа ведет Григорян Эмму, взяв ее в круг, в сторону дома 6/2«А». «...шли ее минимум человек 10, она была полностью раздета, из толпы доносились разные выкрики, а именно, я услышал, как кто-то крикнул, что ее надо вести в сторону дома 6/2«А».

Свидетель АПАРЫШЕВА Н.С. показала:

«...28 февраля 1988 года... примерно в 18 час. из окна своей квартиры я увидела, что к нам во двор пришла толпа мужчин численностью до 500 человек, в основном все были молодые... Толпа шумела, кричала, потом стала палками разбивать стекла в окнах... Затем толпа ворвалась в наш подъезд и начался погром, я видела, что из квартир нашего подъезда погромщики из окон и балконов стали выбрасывать различные домашние вещи, а стоявшие внизу подбирали вещи и уносили... Наблюдая за происходящим через окно в кухне, я заметила, что из нашего подъезда группа мужчин вывела нашего соседа Григоряна Черкеза... Черкеза группа парней стала избивать палками, кулаками, в основном били его в область головы. После нанесенных ударов он упал... Через некоторое время группа парней вывела его жену – Григорян Эмму. Эмму я хорошо знаю... Когда Эмму вывели из подъезда, то она была полураздета, до пояса... Лица, которые вывели Эмму, посадили ее на скамейку, при этом хватали Эмму за груди, ноги, некоторое из погромщиков прижигали тело Эммы сигаретами. Попыток изнасилования Эммы я в тот момент не наблюдала. Издевательства над Эммой на скамейке около подъезда продолжались минут 10. После этого толпа вновь повела Эмму в сторону нашего подъезда, т.е. в тот подъезд, из которого вывели. В это время я отошла от окна и что произошло с Григорян Эммой впоследствии, мне неизвестно...»

т.7 л.д.171–172

Свидетель ЖЕЛЕЗНЯКОВ А.Ф. – военнослужащий – показал:

«28 февраля наше училище было задействовано в наведении общественного порядка в гор. Сумгаите... я с медсестрой на автомашине «РАФ» выехал где-то в 22 часа... В 24 часа мы приехали в гор. Сумгаит... Наша машина остановилась у обочины автовокзала... Как раз, когда мы стояли, к нам подбежал один из курсантов... сказал, что в одном из домов на втором этаже имеются тяжело раненные. Я и несколько курсантов побежал следом за ним, забежали во двор дома, по мере приближения к дому, у первого подъезда пятиэтажного дома метрах в пяти лежала женщина средних лет, обнаженная и чем-то была накрыта... лежала она как-то боком, одна нога была подогнута под себя. Рядом с домом стояла толпа возбужденных людей, я подошел к женщине, хотел пощупать пульс, но его не прощупал, из толпы крикнули, что она мертвая... Мы подогнали свою автомашину «РАФ» к подъезду дома и кто-то из курсантов на одеялах внес женщину в салон нашей автомашины... а затем привели мужчину со второго этажа, и тут же подошла женщина, которая жаловалась на болезнь сердца, она также жила в этом доме, тучная, невысокого роста, которых я отвез в больницу... Больница находится рядом с этими домами... если мне не изменяет память, дом был 6/2... женщина ничего не говорила, только стонала... женщина... среднего роста, тучная, волосы были короткие... была сильно побита, в кровоподтеках, возраст ее где-то за 50 лет...»

Свидетель МУСТЕФАЕВ И.А. – врач Сумгаитской горбольницы №1:

«...В ночь с 28 на 29 февраля я находился на дежурстве в городской больнице. Примерно в 4 часа мне сообщили, что привезли женщину в крайне тяжелом состоянии. Я направился в операционную и перед операционной увидел солдат, которые на одеяле несли совершенно обнаженную женщину... я заметил, что тело женщины было испачкано песком темного цвета, похожим на асфальтовое покрытие. По внешнему виду я определил, что женщина по возрасту старше 50 лет... все ее тело было покрыто мелкими красными точками. Я определил, что это подкожное кровоизлияние. Подобное кровоизлияние бывает тогда, когда наносят удары по всему телу. Кроме этого, у женщины в области лба было несколько открытых ушибленных ран... Осматривая женщину, я обратил внимание, что она болезненно реагирует на прикосновения к животу. Ассистирующий мне хирург заметил, что у женщины в промежности ног имеется кровь. Я дал указание вызвать врача-гинеколога. Осмотрев женщину, гинеколог сказала, что у женщины имеется разрыв свода задней стенки влагалища... после данного гинекологом заключения я приступил к операции… Я пытался выяснить, при каких обстоятельствах женщине были причинены телесные повреждения... она с трудом сказала, что ее избили незнакомые лица. Из истории болезни мной была установлена личность поступившей женщины – Григорян Эмма...» Из заключения судебно-медицинских экспертиз №180 от 3 марта, №12 от 13 мая, №30 от 28 декабря 1988 года усматривается:

«... При поступлении в больницу №1 гор. Сумгаита у гр.Григорян Э.Ш. обнаружены разрыв влагалища, проникающий в брюшную полость с повреждением брыжейки тонкого кишечника, по поводу чего сделана операция – вскрытие брюшной полости, ушивание ран брыжейки и тонкой кишки. Разрыв влагалища, прямой кишки и брыжейки тонкого кишечника явился следствием введения во влагалище твердого тупого предмета, возможно палки, металлического прута и т.п. Разрывы стенки заднего свода влагалища, ампулярной части прямой кишки, брыжейки тонкого кишечника в 3-х местах у Григорян Э.Ш. образовались в результате не менее 2-кратного введения во влагалище удлиненного тупого твердого предмета, возможно, арматуры. Эти повреждения имеют признаки тяжких телесных повреждений, опасных для жизни в момент причинения и могли повлечь за собой смерть.

При судебно-медицинском исследовании трупа установлен перелом позвоночника с повреждением спинного мозга, множественные переломы ребер справа, ушибленные раны головы, множественные ссадины, кровоподтеки тела. Все эти повреждения были причинены прижизненно, воздействием тупых твердых предметов, в течение короткого промежутка времени…

Перелом X грудного позвонка, сопровождавшийся обширным кровоизлиянием в околопочечную жировую клетчатку у Григорян Э.Ш. образовался вследствие переразгибания позвоночного столба в нижне-грудном отделе, например, при падении спиной на выступающий предмет, или при насильственном выгибании спины кпереди, или в результате сильного удара ногой по спине Григорян Э.Ш., когда она находилась в вертикальном положении или ближе к нему, и имеет признаки тяжкого телесного повреждения.

После получения перелома X грудного позвонка с повреждением спинного мозга Григорян Э.Ш. не могла передвигаться самостоятельно. Разрыв влагалища, проникающий в брюшную полость, с повреждением тонкого кишечника и перелом X грудного позвонка с повреждением спинного мозга каждое в отдельности имеют признаки тяжких телесных повреждений, опасных для жизни в момент причинения. Переломы ребер, ушибленные раны головы и ссадины тела возникли от воздействия тупых твердых предметов, возможно, как одним, так и несколькими подобными. Переломы пяти ребер справа имеют признаки менее тяжких телесных повреждений. На левой боковой поверхности груди, живота и верхней трети бедра трупа обнаружено множество ссадин продолговатой формы длиной 6–7 см и ссадина правой ягодицы размерами 3 х 2,5 см. Вышеуказанные ссадины могли быть причинены при обстоятельствах, указанных в постановлении, то есть в результате ударов ногами, обутыми в туфли, по степени тяжести как в отдельности, так и в совокупности имеют признаки легких телесных повреждений.

Смерть Григорян Э.Ш. наступила 29 февраля 1988 года в 9 часов 30 минут в нейрохирургической больнице Министерства здравоохранения Азербайджанской ССР.

Смерть Григорян Э.Ш наступила от травматического шока в результате причиненных ей повреждений – травмы брюшной полости и позвоночника.

Следует полагать, что при нанесении Григорян Э.Ш. повреждений – разрыв влагалища, прямой кишки и брыжейки тонкого кишечника, переломов позвоночника и ребер, она чуствовала многократную и длительную боль...»




Центр общественных связей и информации Ереван 2018

Скачать книгу "Говорят свидетели- азербайджанцы" в формате pdf 1,41 mb







Armenia

Подготовлено при содействии Центра общественных связей и информации аппарата президента РА, Армения, Ереван

stop

Сайт создан при содействии Общественой организации "Инициатива по предотвращению ксенофобии"


karabakhrecords

Copyright © KarabakhRecords 2010

fbfbyoutube

Администрация готова рассмотреть любое предложение, связанное с размещением на сайте эксклюзивных материалов по данным событиям.

E-mail: info@karabakhrecords.info