Сумгаитская трагедия в свидетельствах очевидцев

Книга вторая

  1. Предисловие ко второму тому
  2. Арустамян Лена Ишхановна
  3. Кнарик Аветисян
  4. Айрян Вреж Норайрович
  5. Гаспарян Миша Александрович
  6. Кочарян Гегецик Бахшиевна
  7. Агаджанян Гумаш Папоевна
  8. Балаян Ирина Рубеновна
  9. Гаспарян Григорий Бегларович
  10. Галстян Зоя Сократовна
  11. Абраамян Саркис Айрапетович
  12. Бадунц Меланья Арутюновна
  13. Саркисян Эдуард Михайлович
  14. Ишхан Трдатян
  15. Акопян Низами Суренович
  16. Арутюнян Гумаш Николаевна
  17. Севян Григорий Саркисович
  18. Даниелян Сандухт Суреновна
  19. Габриелян Марита Размиковна
  20. Оганян Валерий Шагенович
  21. Азизбекян Любовь Аяасеровна
  22. Саркисян Юрий Арташевич
  23. Барсегян Эльмира Ервандовна
  24. Ишханян Юрий Владимирович
  25. Арутюнян Размик Айказович
  26. Аракелян Сергей Сократович
  27. Багдасарян Седа Солтановна
  28. Атаджанян Астхик Араевна
  29. Маркарян Римма Тельмановна
  30. Баласанян Гамлет Завенович
  31. Григорян Армен Арташевич
  32. Агасян Ирина Михайловна
  33. Вартанян Григорий Айрапетович
  34. Шахбазян Светлана Арташевна
  35. Анджела Еганян
  36. Энгельс Григорян
  37. Владимир Касабян
  38. Арутюнян Володя Шапагатович
  39. Арутюнян Лусик Давидовна
  40. Бабаян Сергей Размикович
  41. Cафарян Нина Ашотовна
  42. Адян Джульета Яшаевна
  43. Геннадий Асрян
  44. Айрапетян Размик
  45. Ваграмова Ирина
  46. Балуян Владимир Егишевич
  47. Аванесян Аркадий Левонович
  48. Пантелей Меликов
  49. Даниелян Юрий Сергеевич
  50. Аракелян Арсен Арташевич
  51. Авакян Александр Сократович
  52. Лидия Владимировна Рисова

Арутюнян Гумаш Николаевна

Арутюнян Гумаш Николаевна
Родилась в 1929г.

Наша семья переехала в Сумгаит в 1954 году. Сперва жили в бараках, а в 1970г. получили трехкомнатную квартиру в центре города. С нами вместе проживал младший сын Николай с женой и с ребенком. Старший сын со своей семьей жил отдельно. В нашем доме проживают 3 армянские семьи, много азербайджанцев и русских. Со всеми соседями у нас были хорошие, доброжелательные отношения.

В субботу 27 февраля у меня был день рождения. Все мои дети с семьями были у нас дома, пришли также родственники и друзья. К 17 часам позвонила Роза – сестра моей подруги, и сказала, чтобы все гости разошлись, так как на улицах что-то странное творится, на площади около горкома партии собралось несколько тысяч бесчинствующих людей, которые скандируют: “Смерть армянам, да здравствует Азербайджан”.

Гости ушли. Через некоторое время со стороны горкома по нашей улице прошла толпа – около 2-3 тысяч человек – и повернула в сторону госбанка. Они скандировали: “Смерть армянам, да здравствует Азербайджан”. Но этой ночью мы спали спокойно. На следующий день с 10 часов утра по нашей улице без конца проходили толпы людей с плакатами, содержание, которых я не рассмотрела.

Все они размахивали руками и выкрикивали то же самое, что и накануне. Около полудня в 300 метрах от нашего дома перевернули автомашину зеленого цвета, которая сразу воспламенилась. Огромная масса побежала в другую сторону и перевернула другую машину, грязно-белого цвета, которая тоже моментально сгорела.

Через 2-3 минуты со стороны горкома подъехал красный автомобиль “Жигули”, который толпа остановила перед нашим домом. Послышалась команда “разойдитесь, дайте ему проехать, а то могут и его машину разбить, а самого убить”. Мы поняли, что водитель был свой, азербайджанец. Машина повернула назад и уехала без повреждений. Вдали от нас, по разные стороны мы замечали огонь и дым, но что именно горело – не могли разобрать.

К вечеру по нашей улице проехал один танк, за которым шли 20-25 солдат с пластмассовыми щитами. Из толпы солдат забрасывали камнями и в конце концов военные вместе с танком ушли. В это же время появилась пожарная машина , которая начала поливать толпу водой, но это не помогло и пожарные тоже уехали. Я обратила внимание, что люди в милицейской форме ходили по нашей улице, не реагируя на бесчинства погромщиков, а те, в свою очередь, не обращали внимания на милиционеров. Вечером мы решили не зажигать свет в нашей квартире, надеясь избежать нападения. Начало темнеть, когда позвонила жена старшего сына, они живут в доме напротив, и сообщила, что в соседнем доме из квартиры Хондкаряна через балкон бросают на улицу вещи 1.

Мы вышли на балкон, откуда виден дом Хондкарянов. Увидели во дворе горевшую мебель, постельные принадлежности, книги, одежду. Я заметила, что сверху бросили два ковра, завернутых в ткань белого цвета, которые какой-то человек один за другим забрал и унес в соседний бетонный дом. Внизу возле костра прохаживались 4-5 милиционеров, а человек 30 скандировали: “ Смерть армянам, ура”. Из окон люди наблюдали за этим варварством, никак не реагируя. Возле костра радостно бегали дети. В квартире Хондкаряна спокойно орудовали 10-12 человек, которые бросали с 3-го этажа домашние вещи. Им было примерно лет 20-22. Спустившись вниз, эти же люди по чьей-то подсказке пошли в сторону другой квартиры в соседнем подъезде. Боясь, что к нам тоже придут, мы вышли из квартиры.

Когда во дворе все утихло, сын пошел узнать обстановку. Он вернулся почти через час и сказал, что в квартире никого нет. Войдя через окно в свою квартиру, мы увидели, что все двери и окна побиты, осталась целой только дверь ванной. Шкафы, кровать, серванты – вся мебель была разбита. Цветной телевизор с подставкой и ковры видимо унесли вместе с креслами венгерского гарнитура. Диван был разрублен топором.
Час-полтора мы просидели в ванной. За это время кто-то зашел в квартиру и ушел минут через 15-20, а мы от испуга не знали куда деться. Потом во дворе все стихло, и мы начали искать одежду, но нашли только мой жилет. Фактически мы остались голыми. Сын был в спортивном костюме, муж – в сорочке и ночной пижаме, я – в ночной рубашке и кофте. На улице по-прежнему кричали, скандировали. Выйдя из дома, мы пошли в сторону 16-го квартала, затем – к заводу БТЗ, избегая больших улиц и дорог. Так, пешком, мы дошли до села, где жила дочь. Она спрятала нас в сарае, где мы провели двое суток. Вышли 2 марта и зашли в квартиру дочери по одному, чтобы нас не заметили.

На пятые сутки, узнав, что армян собирают в нескольких местах и охраняют, мы решили поехать в Сумгаит. В санатории “Химик” нашли обоих сыновей с женами. Оставались в санатории до 14 марта, после чего на самолете прилетели в Ереван.

Примерно 9-10 марта в санаторий прибыла комиссия, которая вместе с нами поехала осматривать наши дома. Двери были установлены, окна застеклены. Все разбитое имущество было собрано в углах. Комиссия составила акт, который я подписала. На их машине нас привезли обратно в санаторий. Нам предложили квартиру в другом квартале города, но мы отказались.

У меня сложилось впечатление, что толпа была организована и управляема. Они знали, где живут армяне, более того, чья-то рука направляла их на погромы. Почему-то именно в дни бесчинств в подъездах появились таблички с фамилиями жителей, видимо, чтобы легче было найти армян. Большинство погромщиков составляли мужчины 30-35 лет. Среди них были и подростки, которые не отставали от старших в активности.

В санаторий я встретила мать жены старшего сына, которую зовут Григорян Лусине, живет в Объединенном квартале Сумгаита. Она рассказала, что 29 февраля в понедельник ночью к ним домой пришел мой сын с семьей. Они позвонили этой же ночью в горвоенкомат, откуда им предоставили автобус, отвезли до станции. Лусине также сказала, что моя внучка – Кристина Арутюнян стала свидетелем убийства молодой девушки из их дома. Внучка не указала личность убитой и кто ее убивал. Подробности убийства она тоже не рассказала, но именно по ее требованию сын, забрав обеих дочерей, с женой перебрался к своей теще. Внучка была сильно испугана.

В том же санатории женщина по имени Женя рассказала, как 28 или 29 февраля к ним ворвались 10 человек, повязали мужа в столовой и стали избивать его. Затем ему на рот положили утюг, бросили на него всю мебель, угрожали убить. Группа разделилась на три части. Первая расправлялась с мужем, вторая связала руки и жестоко избивала саму Женю. А третья часть занималась дочерьми Жени. Они раздели их догола, избили и по очереди изнасиловали обеих на глазах матери. Потом их голыми выбросили в подъезд и ушли, оставив Женю и Гришу со связанными руками.

Женщина по имени Лена, проживающая в 3-м квартале города, рассказывала, что к ним ворвалась группа бандитов. Муж оказал им сопротивление и его убили во дворе дома. В руках преступников были ножи, рукоятки, железные прутья. Сын смог убежать. Когда начали издеваться над самой Леной, раздев ее догола, пришла соседка- азербайджанка. Она не дала погромщикам резать ее груди и увела ее к себе домой. А спустя день Лена нашла сына, убитого и сожженного возле школы.

Моя семья до сих пор не может прийти в себя. Состояние здоровья ухудшилось, все внутри трясет, началась бессонница, мучает неопределенность нашего положения. Согласны жить даже на улице, но в Сумгаит не вернемся. Сейчас даже в родную деревню Чардахлу Шамхорского района не поедем из за страха.

17 марта 1988 г.

с. Арзакан Разданского р-на Армянской ССР

Источник: genproc.am

1 См. рассказ Датико Хондкаряна в сборнике “Сумгаитская трагедия в свидетельствах очевидцев”, т. 1.





stop

Сайт создан при содействии Общественой организации "Инициатива по предотворащению ксенофобии"

Armenia

Подготовлено при содействии Центра общественных связей и информации аппарата президента РА Армения, Ереван


karabakhrecords

Copyright © KarabakhRecords 2010

fbfbfb

Администрация готова рассмотреть любое предложение, связанное с размещением на сайте эксклюзивных материалов по данным событиям.

E-mail: info@karabakhrecords.info