Геноцид длиною в век

Бакинская трагедия в свидетельствах очевидцев

Книга вторая

  1. Предисловие
  2. Роман Абрамов
  3. Наталья Агабабян-Бейли
  4. Алла Белубекян
  5. Ирина Амирбекян
  6. Анна Аталян
  7. Самвел Робертович Антонян
  8. Армида Багдасарова
  9. Владимир Арустамян
  10. Бабаев Эдуард Израилевич
  11. Сергей Бабаян
  12. Эльмира Багдасарова
  13. Эмма Багдасарова
  14. Карен Багдасарян
  15. Ольга Андреевна Бархударова
  16. Валентин, Эльмира, Яна Барояны
  17. Чалян Шаген Андреевич
  18. Армен Данелян
  19. Давид Амирбекян, Линда Айрапетова
  20. Александр Довлатов
  21. Гарибян Светлана Сергеевна
  22. Нелли Тиграновна Гукасян
  23. Эмма Амбарцумова
  24. Марина Айказян
  25. Джульетта Левоновна Айриян
  26. Даниэл Айриян
  27. Гарри Овакимян
  28. Джульетта Ишханян
  29. Роза Касьян
  30. Бетси Кузнецова
  31. Петр Левитин
  32. Маргарита Гайсинская
  33. Степан Мелкумян
  34. Карен Мирзоян
  35. Сусанна и Оксана Мкртичяны
  36. Жанна Мусаелян
  37. Регина Папиянц
  38. Тамара Попова
  39. Светлана Саакова
  40. Любовь Сардарова
  41. Александр, Ольга и дочь Диана
  42. Алла Сарумова-Осипян
  43. София Шахназарова
  44. Жанна Ширазян
  45. Татьяна Титова
  46. Эрнест Грантович Аталян

Петр Левитин

Петр Левитин

Проживал в Баку в районе Кубинка

Я – еврей по национальности, родился в Баку. Родители переехали сюда с Украины еще будучи детьми. Это была общая тенденция того периода: быстро развивающийся индустриальный город притягивал людей, в их числе оказались и мои дедушки и бабушки с обеих сторон.

До определенного момента никакой дискриминации на этнической почве я не ощущал. Баку, как известно, был своего рода образцом интернационализма. И это не пустые слова: понятия национальности, особенно среди близких друзей, не существовало. Моими ближайшими друзьями были в основном армяне, азербайджанцы, русские, меньше всего среди них было евреев. То же самое касается друзей моего отца и подруг моей матери. Маминой самой близкой подругой была армянка, друзья отца – тоже, его младший брат был женат на армянке. И в таком вот интернациональном «соусе» я и рос. Как в таком благополучном городе могли произойти подобные события – очень трудно понять. К середине 1988 года Баку стали наводнять азербайджанцы, приехавшие из районов Армении. Их число постепенно увеличивалось и приблизилось к критической точке. Азербайджанское руководство практически ничего не делало, чтобы решить их проблемы. Наиболее дальновидные армяне уехали сразу, но для этого нужно было иметь средства, возможности, место куда ехать. Большинство не думали, что все может перерасти в такой кошмар. Но постоянное нагнетание межнациональных проблем продолжалось.

На центральной площади города был сооружен митинговый лагерь. Невесть откуда взявшиеся «патриоты» призывали к свержению руководства республики, решению вопроса беженцев. Звучали лозунги типа «Армяне, вон из Азербайджана!». Особенно мне запомнился один, который полностью изменил мое восприятие ситуации: «Без евреев и армян расцветет Азербайджан!». То есть это было такое антирусское, антиеврейское, антиармянское движение, но основной мишенью, конечно, были армяне. Власти разными методами смогли замять «сумгаит», хотя там пострадало невероятное количество людей.

К концу 1989 года в Баку еще была более-менее спокойная ситуация. То там, то здесь вспыхивали столкновения, но кровь еще не лилась рекой, случались лишь отдельные инциденты. Поразил такой случай. В декабре 1989 года мы отмечали мой день рождения в ресторане. Присутствовали мои родственники, друзья, в том числе – друг-армянин с женой. И сразу после этого он вдруг пропал. Я знал, что семью он отправил в Пятигорск, но сам вернулся в Баку, потому что продолжал работать, да и квартира была очень хорошая и надо было попытаться с ней что-то сделать, как и с машиной. И вот он исчез. В это сложно поверить, но я нашел его уже здесь, в Детройте. Он рассказал, что благодаря родственнику жены, который работал в органах, успел на пароме в Красноводск перебраться. Мать и сестра к тому времени были в Пятигорске, а супруга у него была не армянка и ей было легче...

Сам я в те дни не был свидетелем сцен убийства. Но видел, например, как к оцепленному зданию авиакасс приезжали армяне с детьми, с пожитками, чтобы купить билеты на самолет, а какое-то зверье кидало в них камни, палки. Если бы не кольцо солдат по всему периметру здания, не знаю, что бы с ними стало. Я тоже хотел жену с ребенком отправить из города, чувствовал, что назревает что-то нехорошее. К тому времени я уже ушел с работы. Какое-то безвременье наступило – никто не знал что, как, почему… Я работал в структуре центрального статуправления, где одним из заместителей начальника был армянин. Это была такая давняя бакинская традиция – в министерствах, ведомствах вторым лицом был, как правило, армянин. Кроме того, в аппарате этого управления работало очень много армян – начальники отделов, ведущие специалисты… И как-то раз, когда я туда пришел, увидел толпу – это была какая-то черная масса, которая скандировала и требовала, чтобы все армяне были выведены из здания. В тот момент я понял, что не хочу работать в системе, которая вот-вот разрушится. Потом один мой друг предложил поработать с ним, в частном бизнесе. Я согласился, к тому же там был гибкий график, который нужен был мне, чтобы заниматься вопросами отъезда.

О том, что творилось в городе, мы узнавали, как и все остальные, из телефонных звонков, разговоров во дворе, из слухов. Ворвались в дом одной нашей подруги, избили, забрали все вещи. Избили другого знакомого – еле жив остался. Моего отца остановила на улице какая-то шпана и потребовала показать паспорт. Если бы у него с собой не было паспорта, не знаю, что бы с ним сделали. Большое количество моих друзей-армян, к счастью, успели уехать. С моей точки зрения, кошмар ситуации был в том, что, когда действительно убивали людей, центральная власть палец о палец не ударила. И только когда возникла угроза непосредственно советской власти, были введены войска. Помню, 19 января 1990 года я проснулся от выстрелов. Выглянул в окно и увидел идущую огромную толпу, в основном женщин. Достаточно мрачное было зрелище – они шли молча, с непокрытыми головами, и несли плакаты на русском языке: «Горбачев – убийца! Прекрати огонь!».

Конечно, все это носило организованный характер. Экспромтом невозможно было, например, иметь на руках детальные списки квартир, где проживали армяне. Все готовилось заранее, и этой черной массой, безусловно, манипулировали. Небольшой процент сотрудников правоохранительных органов и просто порядочных людей помогали своим близким, друзьям и товарищам армянской национальности, тому есть примеры. Но в целом правоохранительные структуры, я думаю, были заодно с погромщиками. К тому же создалась ситуация, когда обнажаются все звериные инстинкты людей. У меня в этой ситуации были еще и личные моменты. Как я уже говорил, мой родной дядя был женат на армянке, это была моя любимая тетя. Она скончалась всего два года назад. Все эти годы – почти четверть века, прошедшие после событий, – тетя прожила в Баку и не выходила из дома. Пришлось поменять квартиру, уехать из того района, где ее знали. По-моему, она вышла из дому только раз – во время переезда. Две ее дочери были замужем за азербайджанцами, они смогли прикрыть ее.

Дядя скончался до событий, а ей тогда предложили уехать. Но куда? Родственники были какие-то в Карабахе и в Ереване, но дочери, носившие азербайджанские фамилии мужей, не захотели уезжать. И тетя решила остаться со своими детьми. Она 25 лет просидела дома, ни разу не выйдя на улицу. Это такая боль для меня, которая не скоро забудется.

Из моих знакомых армян почти все уехали. Но о некоторых у меня нет информации до сих пор. Один общий товарищ мне сказал, что нашего друга Валерия Петросяна, по неподтвержденным данным, в Баку убили. Мы с ним вместе работали и дружили.

Из Баку в те годы уехало невероятное количество людей. Если мне не изменяет память, к концу 1980-х годов население города составляло где-то миллион шестьсот тысяч. Армян проживало, согласно официальной статистике, более 300 тысяч. Евреев, думаю, тысяч 200. По сегодняшним данным, армян практически нет, евреев, говорят, осталось тысяч пять. Тенденция не просто очевидна, она налицо. Более того, когда я ровно через десять лет после отъезда в первый и последний раз попал в Баку (надо было тещу забирать), то оказался в совершенно другом городе. Раньше ты выходил на улицу и, гуляя в центре, каждые две минуты здоровался – с друзьями, знакомыми. Я пробыл там пять-шесть дней, ходил по городу и… это была катастрофа. Не просто не встретил ни одного знакомого – это был вообще другой этнический тип людей, понимаете?

Детройт, штат Мичиган, США.
7.04.2016 г.





stop

Сайт создан при содействии Общественой организации "Инициатива по предотворащению ксенофобии"

Armenia

Подготовлено при содействии Центра общественных связей и информации аппарата президента РА Армения, Ереван


karabakhrecords

Copyright © KarabakhRecords 2010

fbfbyoutube

Администрация готова рассмотреть любое предложение, связанное с размещением на сайте эксклюзивных материалов по данным событиям.

E-mail: info@karabakhrecords.info