Геноцид длиною в век

Бакинская трагедия в свидетельствах очевидцев

Книга вторая

  1. Предисловие
  2. Роман Абрамов
  3. Наталья Агабабян-Бейли
  4. Алла Белубекян
  5. Ирина Амирбекян
  6. Анна Аталян
  7. Самвел Робертович Антонян
  8. Армида Багдасарова
  9. Владимир Арустамян
  10. Бабаев Эдуард Израилевич
  11. Сергей Бабаян
  12. Эльмира Багдасарова
  13. Эмма Багдасарова
  14. Карен Багдасарян
  15. Ольга Андреевна Бархударова
  16. Валентин, Эльмира, Яна Барояны
  17. Чалян Шаген Андреевич
  18. Армен Данелян
  19. Давид Амирбекян, Линда Айрапетова
  20. Александр Довлатов
  21. Гарибян Светлана Сергеевна
  22. Нелли Тиграновна Гукасян
  23. Эмма Амбарцумова
  24. Марина Айказян
  25. Джульетта Левоновна Айриян
  26. Даниэл Айриян
  27. Гарри Овакимян
  28. Джульетта Ишханян
  29. Роза Касьян
  30. Бетси Кузнецова
  31. Петр Левитин
  32. Маргарита Гайсинская
  33. Степан Мелкумян
  34. Карен Мирзоян
  35. Сусанна и Оксана Мкртичяны
  36. Жанна Мусаелян
  37. Регина Папиянц
  38. Тамара Попова
  39. Светлана Саакова
  40. Любовь Сардарова
  41. Александр, Ольга и дочь Диана
  42. Алла Сарумова-Осипян
  43. София Шахназарова
  44. Жанна Ширазян
  45. Татьяна Титова
  46. Эрнест Грантович Аталян

София Шахназарова

София Шахназарова

Проживала в Баку по адресу: ул. Пушкина, 10.

Мои предки с отцовской стороны по происхождению карабахцы: бабушка Варсеник родом из Степанакерта, дед – из Шуши. Поженившись, они жили в Шуши, причем довольно зажиточно, у них был большой дом, имели трех дочек и сына – это мой отец. Мне было лет 10–11, когда бабушка рассказывала, каким образом семья оказалась в Баку. В 1915 году в связи с Геноцидом они вынуждены были покинуть Карабах, причем бежали в спешке: детей – на повозку, и в путь. Она говорила, что, если бы не убежали, могли потерять детей и погибнуть сами. Мы с бабушкой были очень близки. Но что для нас тогда был Геноцид? Мы не воспринимали это как что-то реальное, ужасное, страшное...

Правда, национализм в Азербайджане всегда ощущался. Мой старший брат, Сергей, учился в институте физкультуры и часто говорил о том, что сразу после окончания института уедет из Баку. Именно из-за атмосферы. И он действительно уехал. Женился в Баку, жена у него была полуармянка- полурусская. Переехали в Пятигорск, он там преподавал в школе. Я поражаюсь, что он, будучи столь молодым, так почувствовал ситуацию. Хотя в нашем институте это тоже ощущалось. Например, в группе были три девочки из Степанакерта, которые себя в обиду не давали. Многим азербайджанцам не нравилось, что они говорили между собой по-армянски, а по-русски с акцентом. Но эти девочки всегда давали отпор своим обидчикам. Мы тогда на это не обращали внимания. А сейчас, уже спустя много лет, понимаем, что это действительно был настоящий национализм со стороны азербайджанцев.

В Баку я жила с мамой. Наше здание находилось у Дома Советов, в двух шагах от площади, где проходили все эти демонстрации, митинги. Я к тому времени закончила Педагогический институт, факультет русского языка и литературы, преподавала в школе, потом в институте физкультуры. С нами вместе жила дочь моего брата-близнеца, которую он назвал в честь меня Софией. Сама я замуж так и не вышла.

О событиях в Сумгаите мы узнали сразу – от соседа-армянина, который был там 28 февраля, поехал с группой друзей-азербайджанцев. Когда они возвращались в Баку, их несколько раз останавливали по дороге и спрашивали: «У вас в машине есть армяне?» Друзья отвечали отрицательно. Сосед подробно рассказал о том, что произошло в Сумгаите, весь этот ужас, говорил, что были даже случаи, когда из роддома выбрасывали детей. Моя мама была настолько расстроена всем этим, такое тяжелое впечатление произвело все это на нее, что буквально через месяц, 28 марта, скончалась. Она была довольно здоровая женщина, очень редко болела. А тут, как услышала, что произошло в Сумгаите – сердце не выдержало…

Да и в Баку ситуация была уже очень тревожная. Как-то прямо перед нашим домом остановился автобус, и женщину-армянку водитель за волосы вытащил и выбросил на улицу. Все это очень подействовало на маму. Она беспокоилась за меня, за внучку… Прямых параллелей с Геноцидом не проводила, но, видимо чувствовала, что ничем хорошим это не кончится.

В общем, похоронили мы маму, и я осталась с племянницей. Ситуация, конечно, была ужасная. Во-первых, за девочку беспокоилась, не знала, как быть. Но, с другой стороны, не хотела, чтобы мои братья приезжали, опасалась за них. Боялась ходить по городу, потому что в любой момент могли попросить паспорт, а там национальность указана. Школа была закрыта, перед нашим домом стояли танки. Мы надеялись, что эти танки и военные защитят нас, но однажды и перед нашим домом появилась толпа. Я испугалась, мы побежали к русским соседям на третий этаж и провели у них две ночи. Навсегда запомнила слова подружки моей племянницы, девочка была полурусская-полуармянка, она сказала: «Софа, какая ты счастливая, что не похожа на армянку!» Было страшно слышать такое от 12-летней девочки… Я до сих пор все это вспоминаю и думаю, как же были травмированы наши дети, что стеснялись и боялись своей национальности!

Между тем перед нашим домом уже постоянно гремела и ревела толпа. Тысячи людей, в том числе дети, подростки, с красными повязками на лбу, орали всякие лозунги, в том числе «Смерть армянам!». Брат велел нам с племянницей немедленно выезжать из Баку. Я оставила ключи от квартиры своей тете, маминой сестре, в надежде на то, что что-то сохранится. Мы с Софой уехали в Сибирь – это был еще 1988 год. В сопровождении тех же русских соседей приехали на вокзал, там стояли солдаты, проверяли документы. Мы решили поехать поездом в Москву, где жил мой дядя. Сели в поезд и пока не проехали Чечню, Дагестан, я все молилась: Господи, помоги, чтобы все было нормально… Из Москвы поехали в Омск.

Через год, в 1989-м, мы с братьями решили поехать в Баку, мамину годовщину отметить. В городе было очень много вооруженных солдат, но все равно нам было страшно. Поехали на кладбище, помянули. Квартира наша пока оставалась невредимой. Уезжая, я снова оставила ключи у тети. А в январе 1990-го тетя позвонила и сказала, что квартиру забрали. Она была очень хорошая, прекрасно обставлена, я ничего не взяла – даже драгоценности. Тетя рассказала, что ходила к коменданту и попросила охрану, чтобы хоть кое-что взять оттуда. Когда она пришла вместе с солдатом, вышел азербайджанец и сказал ей, мол, еще раз сюда придешь – отрежем голову. Тетя вышла во двор и увидела в мусорном баке все наши семейные альбомы, фотографии… Они взяли все ценное, а остальное просто выбросили. Конечно, мы уже не могли вернуться в Баку, и я осталась в Сибири. А в 1993 году приехала в США.

Моя тетя Мария жила в Завокзальном районе, населенном в основном армянами. Она потом рассказывала, что был момент, когда толпа ворвалась к ним во двор. Тетя и еще одна наша родственница Верочка закрылись в квартире, сидели и тряслись от страха. Но сосед-азербайджанец, у которого жена была армянка, вышел на улицу и сказал, что, мол, армяне все уехали. И фактически спас их. А на следующий день они уехали из Баку.

Эти воспоминания сидят внутри, от них никуда не денешься. И я понимаю, что история моих бабушки и дедушки повторилась спустя много лет. Мы жили рядом и работали вместе с этими людьми, но не знали, какую ненависть к нам они носят внутри. Это все ведь не возникло вдруг, спонтанно. Причем речь идет об образованных, интеллигентных людях. Помню, я как-то спросила одного из коллег-преподавателей: «Как вы можете равнодушно смотреть на события в Сумгаите?» Он ответил: «Закрой рот. Правильно сделали. Нечего было Нагорному Карабаху просить эту землю».

То есть ненависть накапливалась у них внутри, тихо так, спокойно, внешне они продолжали улыбаться нам. И вдруг внезапно все вышло наружу. А мы и мысли не допускали, что в один день нам будет нанесен такой удар...

Провиденс, штат Род-Айленд, США.
4.04.2016 г.





stop

Сайт создан при содействии Общественой организации "Инициатива по предотворащению ксенофобии"

Armenia

Подготовлено при содействии Центра общественных связей и информации аппарата президента РА Армения, Ереван


karabakhrecords

Copyright © KarabakhRecords 2010

fbfbyoutube

Администрация готова рассмотреть любое предложение, связанное с размещением на сайте эксклюзивных материалов по данным событиям.

E-mail: info@karabakhrecords.info